Может, так оно и вышло, и только что мне увеличили магический резерв? Кто его там знает?
— Я, герцогиня Анастейзи Моррисон, герцогиня Дарремская, ныне Хозяйка Священной Колыбели, принимаю ваши клятвы и обещаю не судить, ибо я — Хранительница Священной Земли, а судьи — Священная Пара. Я приношу в дар часть своей силы, дабы приумножить ваши, я скрепляю наш союз живительной энергией, ныне утраченной и обретенной с моим приходом. Да будет Священная Пара свидетелем!
Я не видела, знала, что за моей спиной воистину удивительное зрелище.
Бог и Богиня… Но мне не было дозволено их увидеть, их видели Шева и Авеш, и лица у них были блаженные, восторженные, обожающие…
Зато на мои плечи опустились божественные длани и это было… Как бы так сказать, страшно? Волнующе? Обнадеживающе? Выражение «появились крылья за спиной» обрело смысл.
Все длилось краткий миг, давление и чувство парения исчезли, оставив вместо себя радужный свет, окутавший нас троих.
— Клятвы подтверждаем!
Глава восемнадцатая
— Ах, какая же красивая! Ах, какая же славная! — пел Власен пританцовывая вокруг меня.
— Ах, какая же румяная! И сердцем справная! — вторила ему Радия, заменив парня в странном хороводе.
Я сидела в удобном кресле в центре обеденного зала и чувствовала себя двояко.
Во-первых, мне было смешно от того, что я, можно сказать, главное блюдо, а приходилось держать лицо.
Во-вторых, я не могла отделаться от мысли, что через полхода точно также над сыном буду скакать я, поздравляя его с первыми именинами… Традиция, понимаешь ли…
В-третьих, несмотря на комичность, мне было приятно, а уж тот факт, что об этом мечтала Стейзи, вызывал горечь… С ней эту традицию никто не вспоминал.
Домочадцы старались, устраивая мне праздник, а сейчас и вовсе чуть ли не лопались от важности и радости.
Даже Илюшка радостно хлопал в ладоши (через раз получалось) на руках Интены."
"— Ах, как здорово, что на свет ты появилась, — эту строчку уже пел Рудик, которого сменила Марика.
— Миру радостью пролилась… — На этом моменте меня окружили вообще все дети, находящиеся под моим крылом (кроме младенца королевы, конечно же).
— Да будет твоя тропа священной, — хором запели они, ведя вокруг меня хоровод, — Да будут мысли — верными, да будут деяния — благословлены! Да будешь вечно счастлива ты! Приди же Священная Пара, осени милостью и благодатью!
— Приди же, приди! — вторили детям уже взрослые. — Хозяйку нашу благослови!
Я не могла отделаться от чувства, что я — новогодняя ель.
