Нажав отбой, забираю у Семена бумажку со словами:
— Что с соцсетями?
— Сейчас почищу что смогу, — передергивает он плечами. — Но только то, что наше, университетское. Остальное… кхм, — откашливается в кулак. —
Сам.
— Ясно, — киваю, покидая кабинет айтишников.
В полупустых коридорах главного корпуса мне попадаются редкие
студенты.
Все как обычно, за исключением того, что теперь кто-то из них с головой
нырнул в мое личное пространство, и когда я узнаю кто это сделал, буду
беспощаден.
Выйдя на улицу, трусцой сворачиваю к аллее, направляясь на стоянку и
запуская двигатель своей машины с брелка.
От холода сводит челюсть, но
это бодрит. Мысли постепенно выстраиваются в правильном порядке, и я
формирую стратегию, в которой еще много пробелов, но она, по крайней, мере есть.
Забравшись в салон, сжимаю пальцами руль, глядя в одну точку.
Я знаю, что замазать такой скандал с ноги не получится. Я знаю, что моя
репутация получила пинка под сраку. Знаю, что в кругу моего общения мне
будет крайне неуютно ближайшее десятилетие.
Знаю, как выгляжу в глазах
многих, даже в глазах своей семьи. И на все это от начала и до конца мне
сейчас плевать. Мне не плевать только на то, что сейчас творится в голове
Любы и где она, черт ее дери!
Мне необходимо ее увидеть. Просто необходимо. Это похоже на агонию. Я
точно знаю, что после того, как ее найду, никогда в жизни не отпущу. Если…
я все еще ей нужен. А если нет…
Что ж.
Если нет, для меня это будет печальный финал.
Закрыв глаза и откинув голову на сиденье, издаю тихий смешок.
Очень печальный финал.
Прежде чем завести машину, связываюсь с пиарщиком Чернышова, прося
побыть буфером между мной и городским пресс-сообществом. Просить о
помощи Марго нет никакого желание.
Врезав кулаком по двери Любиной квартиры, снова прихожу в бешенство, потому что в квартире ее по-прежнему нет.
— Придушу тебя… — бормочу, прижавшись к кулаку лбом и усиленно
соображая.
Я не смогу по-человечески разгребать нашу проблему, пока ее нет со мной!
И то, что ее нет по месту прописки окончательно гробит мое терпение.
Выпрямившись, смотрю на дверь сквозь эту взрывоопасную пелену.
Прикинув в голове, даю себе четыре часа на то, чтобы ее найти и закрыть
вопрос. И клянусь, когда я ее найду, она навсегда лишится привычки быть
для меня вне зоны любого доступа.
Глава 52. Люба
— Люба…
Голос Глеба за дверью тихий, как и стук, но они все равно заставляют
вздрогнуть и стянуть с чугунной головы одеяло.
