"Марша Ловелл
В двух шагах от рая
Пролог
Под утро Мейбл приснились сын и его отец, играющие в мяч на пустынном морском пляже. Гэри проигрывал, нервничал и в конце концов расплакался. Тогда Виктор подхватил малыша на руки и через пару секунд оба уже вовсю веселились.
— Хочешь научиться говорить «здравствуй, папа» по-французски? — спросил сынишку Виктор.
— Хочу, хочу, — восторженно завизжал Гэри.
— Тогда скажи: «Бонжур, папа».
Гэри старательно повторил приветствие.
— Бьен, тре бьен! Очень хорошо! Ты скоро научишься говорить по-французски, — похвалил ребенка Виктор.
Отец и сын смотрели друг на друга с одинаково счастливыми улыбками и продолжали обмениваться фразами по-английски и по-французски. Их голоса звучали так явственно, что Мейбл приоткрыла глаза. Оказалось, разговор происходил в ее спальне. Виктор сидел на полу возле детской кроватки. Его волосы поблескивали влагой после душа. Одет он был в полотняную рубашку и джинсы. В отличие от отца, Гэри все еще оставался в пижаме.
— Мама проснулась! — радостно объявил малыш и перебрался на постель Мейбл. — Мам, а папа уже здесь. И он теперь всегда будет с нами.
— Доброе утро! — улыбнулся Виктор. — Как спалось?
— Нормально. — Мейбл провела рукой по лицу, чувствуя, что еще не проснулась окончательно. — А ты что здесь делаешь?
— Вот принес тебе чашку чаю, — кивнул Виктор в сторону столика возле кровати, на котором стоял небольшой поднос. — Кажется, ты любишь со сливками, но без сахара, верно?
— Да, благодарю…
— А мне папа принес шоколадного молока! — тоненьким голоском прокричал Гэри.
— И еще он обещал научить меня говорить по-французски и плавать.
Мейбл села на постели и сразу вспомнила, что легла спать без ночной рубашки. Она поспешила натянуть на оголенную грудь соскользнувшее одеяло и отвела глаза, стараясь не встречаться с Виктором взглядом.
— Гэри, ты не мог бы сбегать в ванную и принести мою ночную сорочку? — обратилась она к сынишке.
— А разве ты не надела ее? — спросил тот совершенно невинным тоном.
— Нет… — Щеки Мейбл заалели.
— Почему? — Ребенок с любопытством воззрился на мать.
— Наверное, ночью маме стало жарко, — с улыбкой вмешался в разговор Виктор и, поднявшись с пола, направился в ванную. Через пару секунд он появился с шелковой сорочкой кремового цвета. — Эта?
— Да, — скрипнула зубами Мейбл, — давай сюда.
— Утро довольно теплое… Ты уверена, что тебе нужно одеваться?
— Сама разберусь. Прошу тебя, отдай сорочку.
