Ей сейчас очень тяжело, да и нагрузка для первого раза слишком большая.
Мне сочувственно улыбались, желали скорейшего восстановления, но, наверное, в глубине души подсмеивались.
В квартире Алексей первым делом сгрузил меня на диван и отправился в ванную готовить компрессы. Я же устроилась поудобнее и принялась размышлять. В общем ситуация складывалась не так уж плохо. Конечно, от обиды немного притупилась острота моих чувств к Иволгину. Но, возможно, это было и к лучшему. Теперь я могла смотреть на него не как на Божество, а как на обычного мужчину с нормальными человеческими слабостями.
И, самое главное, Серебровская с ее короткими ногами и богатым Володей Корсаковым была где-то далеко, а я здесь, рядом. Для меня он готовил компрессы и меня затаскивал на четвертый этаж на собственной спине.
Вывод о том, что «еще не вечер», напрашивался сам собой. И настроение от этого постепенно повышалось. В конце концов я и вовсе успокоилась, вытащила из пачки журналов тот, что поярче, и принялась изучать.
Первой же мне на глаза попалась статья о черной магии. В самом начале перечислялись колдовские имена всяческих ведьм и ведьмаков: Гернунос, Хабондия, Розмари… Имя, стоящее чуть ли не последним, было, как и все, написано по-латыни, но я с намеренной ошибкой и невыразимым удовольствием переиначила его на русский лад. Nocticula — читалось как «ноктикула» — то ли дитя ночи, то ли принцесса ночи. «Настикула! — с удовлетворением подумала я. — Я буду звать ее Настикула. А сама останусь Настей.
И для себя, и для него».
Вскоре появился и Леша с закатанными по локоть рукавами и намоченным бинтом. Присел передо мной на корточки, попросил открыть щиколотки и вытянуть ноги.
— Только знаешь что, Насть, — проговорил он, обматывая мой голеностоп, — дай мне слово, что никому не расскажешь про эту нашу авантюру… А то знаешь, как обычно получается: делятся вроде с теми людьми, которые или к делу отношения не имеют, или стопроцентно надежные, а в результате — узнают абсолютно все… И мне так спокойнее будет, и тебе.
— Пожалуйста. Даю слово. — Я ласково улыбнулась. Мне ужасно хотелось провести рукой по его волосам, но имидж деловой, абсолютно не влюбленной и немного обиженной женщины не позволял этого сделать.
И в этот момент в дверь позвонили. Иволгин мгновенно повернулся всем телом, как потревоженный волк.
— Ты кого-нибудь ждешь? Адрес кому-нибудь давала?
— Да нет, конечно!
— Так. Быстро сматывай бинты, я уберу матрас из кухни.
