— Ты язык проглотила?
Но Лена настырно молчала. Вздрогнув в очередной раз, она попыталась отползти немного в сторону. На безопасное расстояние. Девушка смотрела на него с такой безнадегой, с таким отчаянием и первобытным ужасом в глазах, что Виктору стало не по себе. Вдохнув пару раз полной грудью, он напряженно стиснул ладонью свои уставшие виски. Потер их. Зажмурился."
"«Давай полегче, мужик! — успокаивал сам себя. — Похоже, ты ее пугаешь…»
— Не шевелись! — буркнул недовольно, когда вновь посмотрел на Лену.
Та неуклюже пыталась подняться с дивана и поправить одежду, но послушно застыла после его слов.
Замерла, с тревогой наблюдая за каждым движением Виктора. Обреченно покачав головой, мужчина стянул с себя футболку и склонился над Беловой. Настойчиво удерживая на себе взгляд небесно-голубых глаз, он принялся осторожно стирать с живота девушки все, что принадлежало ему — густое, белое. Хлопковая ткань мягко касалась ее кожи в нужных местах, впитывая в себя всю жидкость. Лена шумно сглотнула и часто-часто задышала, покрываясь мурашками.
Прикусила свою губу. А Макаров, точно завороженный, наблюдал за этой картиной со стороны, осознав вдруг:
«Боже, детка! Да тебя же… кроет ничуть не меньше, чем меня! Ты же млеешь в моих руках! Трясешься от страха, как нашкодивший котенок, но… млеешь же! Почему? Почему я раньше этого не замечал? Почему не верил?»
— Лена, не бойся! Я ведь не ругаю тебя! — произнес он гораздо спокойнее, но видит Бог, каких трудов ему это стоило. — Просто пытаюсь понять…
Не прекращая своих манипуляций, Виктор склонился ниже и провел языком вдоль ее шеи (от ключицы до уха), просто дурея от запаха этой малышки.
— …зачем ты это сделала? Для чего?
Белова жалобно всхлипнула, будто невольно выгибаясь к нему навстречу.
С глухо колотящимся сердцем Макаров перевернул свою футболку другой стороной и с затаенным вожделением переместил руку ниже. Гораздо ниже. Затем мягко провел тканью между ее ног, насухо вытирая плоть девушки уже от остатков ее собственной влаги.
Лена задрожала еще сильнее.
Ее взгляд сделался заторможенным, посоловевшим, а дыхание — рваным.
— Сейчас ты все расскажешь мне, да? — вкрадчивым шепотом поинтересовался он, с трудом удерживая себя от поцелуя. — Сейчас моя милая девочка объяснит мне свой… кхм… загадочный поступок, правда же?
Поразмыслив секунду, она кивнула. Медленно. Настороженно. Но кивнула.
А после взволнованно прошептала, прожигая Виктора странным взглядом:
— Мне нужно встретиться с Таней.
