В какой-то момент, почувствовав себя выжатым, точно пресловутый лимон, он распластался на кровати прямо поверх покрывала и крепко зажмурился, отказываясь верить в происходящее.
А спустя некоторое время и вовсе забылся тревожным сном.
Его разбудил звонок. Звонок в дверь.
Бегло взглянув на наручные часы, светящиеся в темноте, мужчина с удивлением обнаружил, что посетитель (кем бы он ни был) довольно поздний. Шел уже третий час ночи. Настойчивая трель повторилась.
На сей раз Макаров заставил себя подняться с постели и дошагать до прихожей.
Однако, взглянув в дверной глазок, Виктор буквально остолбенел.
Сердце так отчаянно в груди трепыхнулось, что чудом ребра целы остались.
«Какого черта? Лена?»
Спустя секунду, недоуменно хмурясь, он впустил ее внутрь.
Взволнованную. Раскрасневшуюся. Смущенную до крайности.
А вместе с тем решительную и чертовски сексуальную.
— Что случилось? — прохрипел чужим голосом.
Пронзая лихорадочным блеском своих голубых ангельских глаз, девушка медленно вторглась в его личное пространство.
Дурманя рассудок. Будоража кровь.
А после она тихо произнесла:
— Одна ночь! Я хочу провести с тобой эту ночь!
— Детка…
— Хочу!
Все, что когда-либо сдерживало его, отошло на второй план.
Растворилось под натиском их безумия. Дикости. Страсти.
Подхватив ее на руки, Макаров молча понес малявку в свою комнату. Заперев дверь изнутри, торопливо швырнул ее на постель.
Секунда. И вот он уже навалился сверху, точно одержимый, набрасываясь на ее губы.
Стон… отчаянный, мучительный, разрезал тишину спальни.
— Малышка! Моя малышка!
— Возьми меня! — с упоением отвечала на его ласки Белова. — Я так сильно хочу! Прошу! Пожалуйста, Витюнечка!
«Так, стоп! Как она меня назвала?»
Это было сродни ледяному душу в самый разгар жаркого дня.
Потому что Лена никогда так не сказала бы!
Вздрогнув, Виктор внезапно… открыл глаза. Окончательно проснулся.
И обнаружил в своей постели Татьяну, отчаянно пытающуюся избавить его от одежды в перерывах между их жаркими поцелуями.
«Нет! Нет! Стоп!»
Грязно ругнувшись, Макаров вскочил на ноги. Да так быстро, будто увидел в кровати не обнаженную девушку, а ядовитую змею."
"— Таня, бл*дь! Что происходит? — прогромыхал, когда вновь обрел способность разговаривать. — Ты зачем сюда пришла?
— Извини! — жалобно пропищала та в ответ. — Я думала, ты тоже хочешь!
Пожалуй, лишь в ту самую минуту он понял, чего жаждет на самом деле.
И жаждет нестерпимо.
