— Обычно нет, — она рискнула вновь поднять на него глаза, — но случаются и исключения. Очень жаль малыша, который не нужен своей матери.
— Ну а что его жалеть? — взгляд мужчины сделался странным, испытывающим. — Каримов дал ему все, о чем только можно мечтать.
— Нет, не все! — пылко возразила Белова, непроизвольно подавшись вперед, к центру стола. — Даже лучший дядя на свете не в состоянии заменить ребенку родителей!
— Это смотря как постараться.
— Надеюсь, Марат Евгеньевич старается изо всех сил.
— И даже больше!
Виктор Эдуардович в точности повторил ее движение, и теперь их разделяло не более тридцати сантиметров.
Накрыв руку Лены своей горячей ладонью, преподаватель мягко переплел их пальцы. Некоторое время он пристально разглядывал получившуюся «фигуру», но вдруг отстранился и грозно велел:
— Сядь нормально.
— Нормально — это как?
— Нормально — это подальше от меня!
— А что случилось-то?
— Поцеловать тебя хочу! — тихий вкрадчивый шепот пробудил к жизни тысячи нервных окончаний.
— И даже присутствие посторонних людей не смущает!
— Ой! — Белова резко отпрянула назад и вжалась спиной в мягкую обивку дивана. — Простите! Забыла, что вы все еще под… что вас еще не отпустило.
Благодарно кивнув, Макаров тоже вернулся в свое исходное положение.
Но скользнув по ней долгим посоловевшим взглядом, нахмурился:
— И пуговицы на блузке застегни! Все!
Лена выполнила просьбу мужчины, целомудренно застегнувшись по самое горло. Лишь после этого он смог немного расслабиться, блаженно прикрыть веки и вальяжно развалиться на диванчике.
Когда Виктор Эдуардович вновь открыл глаза и сосредоточил на ней свое внимание, Белова нервно сглотнула.
«Либо у меня начались глюки, либо он реально меня сожрать готов!»
К счастью, преподаватель просто заговорил, хоть и с трудом ворочая языком:
— Могу я надеется, что все услышанное тобой останется строго между нами? Что ты не станешь трепаться о личной жизни Каримова на каждом углу?
«Эй! А вот это уже обидно!»
Ее щеки вспыхнули от глубочайшего возмущения.
От праведного гнева.
Дерзко вскинув подбородок и окатив собеседника раздраженным взглядом, Лена оскорбленно заявила:
— Вы что, за идиотку меня принимаете? Естественно, я не буду этого делать!
— Не кипятись! — предупредил ее строго. — Я должен был перестраховаться!
— У меня, конечно, есть недостатки… но я — не сплетница! Нет, не спорю, иногда хочется поболтать с девчонками о том, о сем… женский треп, не более.
