— Решила с ума меня свести? У тебя получилось, девочка! У тебя получилось!
— Простите, я не…
— Я догадываюсь, что именно ты мне подсыпала! Но… зачем?
— Не знаю.
— Лгунья! — хрипло прошептал преподаватель ей прямо в ухо."
"Вздрогнув, Лена с ног до головы покрылась крупными мурашками.
И их стало еще больше, когда он принялся одержимо зацеловывать, покусывать и слегка посасывать чувствительную кожу ее шеи. Вся кровь мигом отхлынула с лица и устремилась к низу живота.
И без того надрывное дыхание стало еще тяжелее.
Поддавшись импульсу, девушка скользнула ладонями под его рубашку.
Мужчина замер. Судорожно втянул в себя кислород.
Секунда. Другая. Третья.
Окончательно обезумев, Виктор Эдуардович задрал вверх блузку Беловой вместе с бюстгалтером, обнажая тем самым живот и грудь своей студентки. А после дернул в разные стороны полы своей рубашки. Та оказалась не на пуговицах, а на клепках, и распахнулась сразу же.
Теперь они соприкасались кожа к коже, теряя последний, мало-мальский контроль над ситуацией.
— Малолеточка! — прохрипел он, оторвавшись от губ девушки и проникновенно вглядываясь в ее глаза поплывшим и совершенно неадекватным взглядом. — Моя безбашенная малолеточка!
«Боже… остановите Землю! Остановите время! Все остановите! Я хочу остаться здесь. Сейчас. С ним!»
Пользуясь замешательством Лены, Макаров в одно касание задрал ее юбку практически к пупку и принялся жадно мять своими ручищами стройные бедра и ягодицы.
— Помнится, ты моей быть хотела? — заторможенно прошептал ей мужчина прямо в губы.
— Сейчас… будешь!
От подобных слов внутри все сладко запело от предвкушения.
Но на задворках сознания пробудилась тревога.
А в следующее мгновение Лена почувствовала себя так, словно в разгар жаркого дня ее без предупреждения швырнули в ледяную прорубь. Сердце замерло в груди.
«О, Господи, что я творю? Я… я… идиотка! Он же не конкретно меня хочет! Он просто ХОЧЕТ, из-за печенья! Любую! И вообще, сюда могут зайти! Мы ведь в обычном… подъезде!»
— Виктор Эдуардович, — испугавшись не на шутку, Белова принялась вырываться из этих порочных тисков, — отпустите! Нам нужно остановиться! Нам нужно прекратить!
— Прекратить? — невозмутимо.
— Нет, Лена! По твоей милости я никак не могу прекратить! И остановиться не смогу, пока мы не завершим начатое!
«Что? Он собирается… идти до конца? Вот черт! Что мне делать? Я же…»
Прикусив нижнюю губу до отрезвляющей боли, девушка попыталась успокоиться.
