Начала накатывать усталость. Видимо, как бы я ни заверяла себя, что спокойна, организм думал по-другому.
Судья вернулась и я, выпрямив спину и подавшись к ней, принялась слушать ее решение. Алименты сыну, определение место проживания Вадима со мной, какие-то общие нюансы вроде того, что теперь наш развод - дело состоявшееся, и вот она перешла к самому главному.
- В соответствии со статьями гражданского кодекса Российской Федерации, суд решил признать сделки по договорам дарения недействительными. Имущество, принадлежащее Семиверстову Антону Павловичу по этим сделкам, вернуть Семиверстову Павлу Николаевичу.
Обжаловать данное решение можно в срок, предусмотренный законом Российской Федерации. Заседание окончено.
Я переглянулась с Алексеем, который хмурил брови. Потом бросила быстрый взгляд на Антона, во взгляде которого светилось торжество.
- А ты не радуйся! - вдруг буквально вскричала свекровь. Посмотрела на судью виновато, но та сделала вид, что занята беседой с секретарем.
- Паша теперь машины все твои Милочке и отпишет! Ты и так ее обокрал за все то хорошее, что она тебе сделала! Сына родила и достойным воспитала, пока ты по своим командировкам полюбовницу возил! Дом ваш вела. К другим придешь - тьху! Оставаться не хочется. А тебе возвращаться всегда было куда - в уют, в тепло, туда, где тебя ждали и любили! Ты ей должен по гроб жизни, охальник проклятый!
- Заседание окончено! - дождавшись окончания тирады Екатерины Ивановны, застучала судья молотком по столу.
- Прошу покинуть помещение.
Мы вышли в коридор. Антон в компании своего адвоката умчался, видимо, как можно скорее оспаривать решение судьи. Об этом я думала с улыбкой и ощущением невозможного облегчения.
- Милочка, все, что мы говорили - так и будет. Переведем все на тебя, или на Вадика, если по возрасту это можно сделать, - отведя меня чуть в сторону, сказала свекровь. - За то не беспокойся!"
"Я крепко обняла Екатерину Ивановну и просто ответила:
- Спасибо! Но давайте сначала дождемся окончательного решения.
Боюсь, что в своем рвении Антон, чего доброго, до Гааги дойдет.
Мы рассмеялись, и когда к нам подошли Альбина, Алексей и Вадим с дедом, свекор предложил:
- Может, отметим как-нибудь это дело?
Мы же с Лешей переглянулись и хором ответили:
- Идет! Но только без выпивки!
37
В огромном кабинете было темно и тихо. Ничто не нарушало траурного молчания, словно все вокруг было погружено в зачарованный сон.
