Я приподняла бровь, не совсем понимая, к чему он ведет. К счастью, гадать долго не пришлось.
– Если вы были в Тюрре, Лигоде, Кулунтаре и Цурионе и знаете жителей этих прекрасных, во всех смыслах достойнейших княжеств, то почему вы против того, чтобы искать невесту Лоркану именно там?
Вот это поворот! Я помолчала, переваривая услышанное.
– Никогда не говорила, что я против этой затеи, – аккуратно начала я, прощупывая почву. Одхан впервые вел себя так просто, не паясничая, не угрожая, и было страшно спугнуть удачу.
Собеседник кивнул, подтверждая правдивость моих слов:
– Верно, но и “за” никогда не высказывались.
– Не думаю, что мое мнение что-то значит. Полагаю, это единоличное решение князя.
Маг потеребил пушистый кончик рыжей косы, пожевал губу, как будто размышлял над моими словами, а затем улыбнулся, мягко и тепло:
– Теперь понятно. Очень рад, что вы можем выяснить все недоразумения.
Моргнув, я уставилась прямо в зеленые, змеиные глаза. Недоразумения? Выяснить?
– Вы же что-то хотели… Ах да, библиотека! Давайте руку!
Я неуверенно протянула ему кисть.
Бесцеремонно задрав рукав до локтя, Одхан легонько коснулся пальцами моего запястья, обводя контуры только ему видимого рисунка.
– Готово! – еще раз ослепительно улыбнувшись, Одхан отпустил мою руку. – С завтрашнего дня Леэд не будет иметь ничего против вашего присутствия в своей библиотеке.
Я повертела рукой перед лицом: ничего необычного не заметила. Никаких рисунков, горящих на коже, никаких отметин или странных ощущений.
– Леэд – это библиотекарь? – решила уточнить уже на пороге. Одхан, вновь погрузившись в работу, отозвался хриплым смешком:
– Нет, моя милая! Леэд – это журнал, который старикашка-библиотекарь везде таскает с собой.
Я тупо кивнула, стараясь привести мысли, которые расползались как тараканы, в общему знаменателю.
– Понятно. Хорошего дня.
Я едва перешагнула порог, когда Одхан меня окликнул:
– Леди Ималия, в качестве маленькой просьбы: держись подальше от секции три-семь-пять.
– Почему?
Волшебник опять снисходительно улыбнулся, как будто разговаривал с неразумным ребенком, но сейчас это не вызывало в моей груди глухого раздражения. Так, легкую досаду, которую я спокойно переживу.
– Там хранятся книги, которые…хммм…могут быть опасны для вас.
– Насколько опасны?
– Смертельно. Хорошего вечера!
И он вновь уткнулся носом в свиток, давая понять, что разговор закончен.
Я направилась к лестнице, совершенно обескураженная.
