Досадно было то, что нельзя просто подхватить ее на руки.
Вскоре мы были уже у кафетерия. Его двери распахнули настежь. Из длинного зала вынесли все столы. Верхние лампы погасили, но их заменяли целые мили позаимствованных у рождественской елки гирлянд, закрепленных на стенах в виде неровных фестонов. Светили они довольно тускло, но все же не скрывали старомодные украшения. Гирлянды из гофрированной бумаги выглядели выцветшими и помятыми. Впрочем, арки из воздушных шариков были новыми.
Белла хихикнула.
Я улыбнулся ей.
– Прямо как декорации к фильму ужасов, – заметила она.
– Что ж, вампиров здесь более чем достаточно, – согласился я.
Я вел ее к билетному контролю, но ее взгляд был уже прикован к залу, в середине которого танцевали.
Там блистали мои братья и сестры.
Для них это что-то вроде отдушины, предположил я. Мы всегда вели себя слишком… сдержанно. Стать незаметными мы не могли, не позволяли наши нечеловеческие лица, но делали все возможное, чтобы никому не давать лишней причины заглядываться на нас.
Сегодня Розали, Эмметт, Джаспер и Элис растанцевались. Из сотен стилей, порожденных разными десятилетиями, они создали новый, не принадлежащий ни к какому времени. Само собой, их грация и ловкость превосходили человеческие возможности. На них во все глаза смотрела не только Белла.
Некоторые смельчаки из числа людей тоже танцевали, но держались на почтительном расстоянии от рисующихся вампиров.
– Хочешь, я запру двери, чтобы вы расправились с доверчивыми горожанами? – прошептала Белла.
Даже массовое убийство казалось ей более предпочтительным, чем такое столкновение с реальностью, как выпускной бал.
– А на чью сторону встанешь ты? – поинтересовался я.
– Вампиров, конечно.
Не удержавшись, я улыбнулся:
– На все готова, лишь бы не танцевать.
– Да, на все.
И она снова засмотрелась на моих близких, а я тем временем купил два билета и сразу же повел ее в глубину зала. Лучше поскорее покончить с тем, чего она особенно боится. Иначе она так и не сумеет расслабиться.
Она хромала сильнее обычного и упиралась.
– Мы здесь до конца бала, – напомнил я."
"– Эдвард… – полным ужаса голосом прошептала она и в панике взглянула на меня. – Честное слово, я не умею танцевать!
Неужели она думала, что я брошу ее среди танцующих, а сам отойду и буду наблюдать за ее сольным выступлением?
– Да не бойся ты, глупая, – мягко сказал я. – Зато я умею.
Я взял ее за руки, поднял их и закинул к себе на шею.
