«Ах ты ж! Что там спрашивал мистер Варнер?»"
"«Эмм… какой номер, мистер Варнер?»
Допрос, который Джессика устроила Белле, прекратился, и это было очень кстати. Мне требовалась передышка.
О чем она только думала? «Гораздо сильнее, чем я ему»? Как ей в голову пришло такое? «Но я ничего не могу с собой поделать»? А это что значит? Разумного объяснения ее словам не находилось. Они выглядели полной бессмыслицей.
Видимо, принимать за чистую монету мне не следовало ничего. Все очевидное, имеющее четкий смысл в ее причудливом мышлении, каким-то образом искажалось и выворачивалось наизнанку.
Я взглянул на часы и скрипнул зубами. Как могут простые минуты казаться бессмертному настолько длинными? Где мое объективное восприятие?
Весь урок тригонометрии у мистера Варнера я просидел, сжав зубы. И слушал не только объяснения в своем классе. Белла и Джессика больше не говорили, но Джессика время от времени поглядывала на Беллу и один раз заметила, как та густо покраснела без какой-либо явной причины.
До обеда все еще было далеко.
Я не знал, добьется ли Джессика ответов, которых ждал и я, когда урок наконец закончится, но Белла ее опередила.
Едва прозвучал звонок, Белла повернулась к подруге.
«На английском Майк спрашивал, не говорила ли ты что-нибудь про вечер понедельника», – сообщила Белла, поднимая в улыбке уголки губ. Я понял, что это за маневр: нападение как лучшая защита.
«Майк спрашивал обо мне?» – мысли застигнутой врасплох Джессики сразу смягчились, утратили обычный оттенок ехидства. «Не может быть! А ты что?»
Стало ясно, что сегодня я от Джессики больше ничего не дождусь.
Белла улыбалась, явно думая о том же самом. Как будто победа в раунде осталась за ней.
Ладно, посмотрим, что будет за обедом.
Весь урок физкультуры в одном классе с Элис я изображал вялость, как обычно мы делали, когда дело доходило до физической активности среди людей. Естественно, в пару со мной встала Элис. Никому из людей и в голову не пришло бы выбрать кого-нибудь из нас. Был первый день бадминтона.
Со скучающими вздохами я небрежно помахивал ракеткой, отбивая волан. Лорен Мэллори из команды наших противников промахнулась. Элис вертела своей ракеткой, как булавой, глазея в потолок. Потом шагнула ближе к сетке, и Лорен поспешно попятилась.
Все мы терпеть не могли физкультуру, Эмметт в особенности. Игры, рассчитанные на меткость, оскорбляли его личные воззрения. Сегодня на физкультуре было еще нуднее, чем обычно, – меня изводило то же раздражение, что и Эмметта.
