Об этой мелочи я упомянул лишь потому, что вы спросили, не желаем ли мы что-то добавить.
– Так, у вас еще что-нибудь?
– Нет.
– А у других?
Выражение лица капитана полиции не располагало к новым выступлениям, но одна реплика все же прозвучала. Чей-то баритон вежливо поинтересовался:
– Могу ли я внести предложение?
Из заднего ряда стоящих послышался еще один голос:
– Это Текумсе Фокс, капитан.
– Выступающий исключительно в роли стороннего наблюдателя, – поспешно вставил Фокс. – Я собирался спросить, пока вы не распустили собравшихся: не кажется ли вам хорошей идеей позволить мистеру Беку взглянуть на ту скрипку? В свете сомнений в ее подлинности?
– Безусловно, я не выпускал это из виду, конечно же…
– Прежде, чем мы уйдем? Если у вас нет возражений?
Капитан обратился к Феликсу Беку:
– Вы сумеете опознать скрипку Тусара?
– Естественно, – ответил Бек таким тоном, словно его спросили, сможет ли он узнать себя в зеркале.
– Прошу всех немного подождать, – сказал капитан и скрылся в гримерной.
Оттуда донесся нестройный гул голосов, но слов было не разобрать.
Затем капитан появился снова. Он тщательно закрыл дверь и молча обвел взглядом собравшихся перед ним. Недовольство на его лице было теперь куда более очевидным, чем после поднятого Кохом вопроса о записках. Капитан долго вглядывался в глаза присутствующих, а когда заговорил, в его голосе явственно слышалось сдержанное отвращение:
– Там нет никакой скрипки.
Всяческие восклицания, ахи-охи, спонтанное бурление стали ему ответом. Феликс Бек рванулся к двери в гримерную, но один из детективов в штатском успел схватить его за руку.
Полдюжины человек объявили такой поворот событий невозможным, они сами видели там скрипку, и капитан уже поднимал руку, намереваясь восстановить хоть какое-то подобие порядка, когда во всеобщей неразберихе появилось новое лицо. Дверь в дальнем конце неожиданно открылась, и в помещение влетела женщина в распахнутой норковой шубе – взволнованные темные глаза на бледном лице никого и ничего не видят, алые губы открыты от быстрой ходьбы.
Перед ней расступились, и женщина пробежала по образовавшемуся проходу к гримерной, но наткнулась на капитана полиции, заступившего ей путь.
Адольф Кох на негнущихся ногах догнал ее, громко взывая:
– Гарда! Тебе не стоило…
Она же впилась ногтями в капитана:
– Мой брат! Ян! Куда вы его?..
Текумсе Фокс тихо ретировался в уголок, который занимал раньше.
Глава 3– Не могу согласиться, – убежденно объявил Диего Зорилла. – Никак не могу.
