– Что значилось на этикетке?
– «Печеночный паштет, номер три».
Тингли покряхтел, раздумывая.
– Где вы ее купили?
– У Брейгеля, на Мэдисон-авеню.
– В магазине Брейгеля? Бог ты мой! Это первый раз, когда… – Тингли осекся и уставился на посетителя твердым долгим взглядом.
– Направляясь сюда, я мог предположить, – с сочувствием произнес Фокс, – что несу вам ошеломляющую новость, но, очевидно, ошибался. Видите ли, я детектив. Текумсе Фокс. Вероятно, вы слышали обо мне.
– И где же, черт возьми, я мог о вас слышать?!
– Просто думал, вы можете оказаться одним из немногих, кто слышал… – (Разве что цепкий взгляд Покорни смог бы уловить едва заметные признаки того, что это заявление задело самолюбие Фокса.
) – Не имеет значения. Суть состоит в том, что, будучи человеком наблюдательным, я смог отметить отсутствие у вас всякого удивления по поводу хинина. А незавершенная фраза подсказывает, что о хинине вы слышите не впервые. Известно ли вам, как это вещество могло оказаться в печеночном паштете?
– Нет. Мне это неизвестно.
– Тингли поерзал в кресле. – Как я понял, мистер Фокс, у вас имеется жалоба на качество нашей продукции? Вы определенно сможете получить компенсацию…
– Я не жалуюсь, – отмахнулся от этой мысли Фокс. – А что, у вас большой наплыв недовольных?
– Мы… Действительно, у нас побывали несколько…
– А приверженцы здоровой пищи уже заходили? Чиновники из городских служб контроля? Или какая-нибудь из газет…
– Боже, этого не хватало! Нет причин… хинин не особо опасен…
– Верно. Но аппетит он тоже вряд ли пробудит, да и на этикетке не упомянут.
Как уже было сказано, я здесь не для того, чтобы подать жалобу. На самом деле я намеревался дать вам представление о том вреде, который кто-то вроде меня мог бы нанести вашей фирме, сообщив о скандале властям или натравив на вас репортеров из «Газетт», к примеру. Или и то и другое. Лично я не собираюсь этого делать, всего лишь намекаю на такую возможность.
Подавшись вперед, Тингли вонзил в посетителя разъяренный взгляд. Фокс ответил улыбкой.
Затянувшуюся паузу прервал сам Тингли, сипло процедив:
– То есть вы мне угрожаете?
– Именно так.
– Да как вы… – Тингли уже дрожал от ярости. – Грязный прохвост… – Челюсть его продолжала подпрыгивать, но поток слов иссяк; лишь немного погодя ему удалось обрести дар речи. – Клянусь богом, сейчас вы сами ответите на вопрос! На кого вы работаете? На «Пи энд би»? – Тингли буквально выплюнул ненавистное название.
– Я работаю только на себя самого, ни на кого другого.
