Раз враг сам явился в ее дом.
Войдя в гостиную, она удивилась простому платью баронессы. Авива Капитоновна выразилась, как она рада и счастлива видеть гостью. Фон Шталь ответила светскими любезностями, на которые были потрачены следующие десять минут. Наконец игра в жмурки Авиве Капитоновне наскучила.
– Как провели утро? – спросила она напрямик.
– Тетушка забрала меня к себе ночевать, – ответила баронесса так просто, как принято у них, в столице. – Ее чудесная кухарка угостила нас отменным завтраком.
Затем решила прогуляться по Тверской. Москва – милый город, но слишком неторопливый. У нас в Петербурге жизнь кипит, а здесь будто спят на ходу… И вот с прогулки решила заглянуть к вам. Надеюсь, не помешала?
Поверить в такое везенье Авива Капитоновна просто не могла: оказывается, они не встречались с графом. Но как такое возможно? Ведь подлец вчера не отходил от баронессы, поедал ее глазами. Неужто не предложил встречу? Или баронесса столь порядочная дама, что отказалась от его ухаживаний? Судя по вчерашнему кокетству, этого не скажешь… Или все-таки отказала графу? Раскусила его? Вроде говорит вполне искренне…
– Разве граф Урсегов не собирался показать вам Москву? – спросила она, приятно улыбаясь.
Баронесса ответила взаимностью.
– Что вы, моя милая, я чужих женихов не отбиваю. Своих девать некуда.
Мадам Бабановой показалось, что ослышалась.
– Что, простите?
– Довольно недоверия и недомолвок, – сказала баронесса и подмигнула. – Если вчера я позволила графу немного пофлиртовать, это не значит, что ему будет позволено больше… Мы уже почти родственники, так разве я позволю разбить ваше сердце… Будем друзьями…
И она протянула обе руки.
Авива Капитоновна горячо пожала их. Чтобы союз был установлен окончательно, дама обнялись и расцеловались. И каждая осталась при своем: Агата помнила, ради чего играет свою партию, а мадам Бабанова не перестала опасаться молодой соперницы.
– Баронесса, позвольте нескромный вопрос? – спросил она.
– Между своими не может быть нескромности, дорогая… Спрашивайте про что пожелаете.
– Вам двадцать восемь?
– Двадцать шесть, – исправила Агата чисто женскую пакость.
– Почему не выходите замуж? Кажется, с вашими возможностями…
– Люблю свободу и желаю быть хозяйкой собственной жизни… Выходить замуж надо позже, ближе к преклонным годам, то есть к тридцати, – всадила она ответную шпильку.
Авива Капитоновна проглотила, но не сдалась.
