– Вам знакома некая Марина Бутович? – спросил Пушкин, старательно не замечая печальных и добрых глаз.
– Да, учились с ней в пансионе…
– Что можете сказать о ней?
Гая пожала плечами:
– Мы не были подругами… Я почти ее не знаю…
– Что случилось между ней и Астрой Федоровной?
В лице ее случилась перемена: чуть сузились веки, чуть сжались губы. Как будто Гая испугалась. Или ей неприятен разговор.
– Для чего вам? – тихо проговорила она. – Это детские глупости… Незачем вспоминать…
– Вчера утром мадемуазель Бутович погибла, – ответил Пушкин, глядя прямо на барышню.
– Она была отравлена в салоне мадам Вейриоль…
Гая Федоровна как будто собиралась с мыслями.
– Какой ужас, – проговорила она, качая головой. – Еще одна из наших…
– Сегодня у нее должна была быть свадьба с сотрудником газеты «Новости дня», господином Гурляндом, вам известным…
– Ах, вот оно как… Ну, тогда скрывать нечего… Впрочем, и раньше скрывать было нечего. Бутович была умной девушкой, но слишком самоуверенной. Она считала, что если ее папенька чиновник и не оставил состояния, то все обязаны быть с ней ласковы, прощать обиды и исполнять любые ее прихоти.
Астра, как вы догадались, подшучивала над ней. Пока не дошло до неприятной сцены… Года два назад Бутович заявила, что выйдет замуж за аристократа и станет графиней. А моя сестра останется купчихой и еще будет ей кланяться… Только представьте, такое сказать Астре…
Пушкин представил довольно отчетливо.
– Ваша сестра заявила, что сама выйдет замуж за графа, – сказал он.
Гая тихо кивнула.
– Да, и добавила: еще посмотрят, кто кому будет кланяться… Дело дошло чуть ли не до драки… Через полгода история забылась, и тут наш папенька объявляет, что сватает Астру за графа Урсегова…
– Для Астры Федоровны такой выигрыш спора хуже поражения.
– Вы все хорошо понимаете, Алексей Сергеевич…
– Астра Федоровна знала, что Бутович выходит за Гурлянда?
– Откуда же… Наверняка нет, – ответила Гая и задумалась. – Хотя постойте, тетушка… То есть мадам Капустина могла о чем-то таком ей сказать… Она ведь Исидора сосватала…
– Значит, Марина спор проиграла окончательно.
– Пушкин вынул записку, которую ему отдала мадам Бутович. – Взгляните…
Развернув листок, Гая быстро пробежала текст. Она еще по-детски шевелила губами при чтении.
– Что это? – спросила она, возвращая записку.
– Письмо вашей сестры…
– Глупость и подделка! – заявила Гая, в которой вдруг проявился отцовский характер. Порода свое обязательно возьмет.
