Так гудят «Кометы» и «Метеоры», когда набирают скорость и поднимаются на подводных крыльях. А может, это был железнодорожный локомотив — «кукушка», кто его знает…
Сколько здесь ему сидеть? Долго. Пока все не уляжется. Родик говорил, сейчас менты носятся по городу с копиями его фото, изъятого из семейного архива.
Интересно, какое они взяли? Одно из последних — Сергей с однокурсниками стоит у входа на журфак или сидит за столом в ресторане на выпускном банкете… улыбающиеся лица однокашников обрезаны, сам Сергей тоже кастрирован по самую шею, голова увеличена.
Пока все не уляжется… Никогда оно не уляжется.
Ни-ког-да. Охота закончится, лишь когда зверь будет пойман.
Самое удивительное, что главный охотник, тот, кто дергает за все ниточки, — его старый знакомый… Его зовут Денис Петровский.
Очень скользкий тип!
Светка кричала тогда в аэропорту: «Это же Денис, бывший дружок Цигулевой!..»
Гимназист в клетчатом пиджачке, который курил пижонскую короткую трубку, который поил Антонину в кабаках, после чего та попала в лапы кожаным мальчикам из Управления.
Скромный студент юрфака, журналист на общественных началах, теперь следователь горпрокуратуры.
— Пока стажер, но хваткий, — говорил Родик, показывая его фото.
Действительно хваткий. Он всегда ухитрялся оказываться в самой гуще событий. Что он делал в «Кавказе» тогда, во время заварухи? Случайно зашел в вестибюль? А что он делал возле конспиративной квартиры? Случайно вышел из подъезда? И с Тонькой случайно таскался как раз накануне ареста…
«Сексот, — подумал Сергей.
— Вот кто он такой. Сексот, такой же, как и я сам».
Кармический брат, как сказала бы о нем Лидия Николаевна, преподававшая античную литературу в университете.
Вода в кастрюльке вскипела. Сергей поворошил лезвия ложкой. Подумал о еде: яйца под майонезом. Сразу захотелось есть.
«А какой смысл?»
Бросил в кастрюлю два яйца из холодильника. Они тут же застучали о железные стенки, словно просясь выйти; между ними вальсировали на пузырьках воздуха лезвиябезопаски.
Четверть одиннадцатого. Родители на стену, наверное, лезут. Родик успел позвонить родителям, предупредил: Сергей некоторое время дома не появится, если будут спрашивать, они ничего не знают. Пропал, мол. Ушел и не вернулся.
Отец Родику полные уши матюков нагрузил: подонки вы! выблядки! шайка гомосеков! где наш сын, отвечай?! Сергей не знал, что папа умеет так выражаться. Родик смеялся, когда рассказывал. Он сказал, что родители будут молчать как мыши.
