Мы оба чувствовали себя полностью беззащитными перед таинственными злодеями, способными легко подсунуть ядовитый фрукт (да что угодно!) в наше тихое отделение.
– Я попрошу Еремеева усилить наряды стрельцов. Может, нам ещё Ваську пустить по крышам ходить ночным дозором?
Последнее было чистой воды попыткой мести предательскому кошаку за завёртывание меня в коврик, но оно сработало…
– Энто хорошая мысль, Васенька помочь не откажется. А вот к стрельцам у меня доверия нет. Раззявы они, только Фому и слушаются, а попроси дровишек наколоть да колодец почистить, сразу службой своей прикрываются.
– Ну вообще-то чистка колодцев не входит в круг их прямых обязанностей, – взвешенно прикинул я. – Вам Митя помогает, он у нас на все руки. Но вернёмся к делу. Понятно, что наш таинственный отравитель не остановится. Значит, будем принимать все меры возможной самозащиты, однако…
– Что, Никитушка?
– Вы так и не ответили – этот отпечаток в гороховских подвалах, он чей? Ну хотя бы чисто гипотетически.
Ведь не свинья же там дрессированная разгуливала…
Яга нерешительно опустила взгляд, поджав губки. Сколько знаю бабку, это для неё более чем нехарактерное состояние. Она у нас всегда бодрая, активная, деятельная и очень энергичная старушка. Чтобы хоть чем-то её напугать, это ж о-го-го как постараться надо. А тут молчит и, главное, боится…
– Повторяю свой вопрос, кто…
– Бесы.
– …кто способен проникнуть на территорию отделения, чтобы…
– Бесы.
– …оставить на подоконнике очередной отравленный плод местного садоводства.
А следовательно…
Баба-яга молча прикрыла мой словесный поток сухонькой ладошкой и ещё раз, кажется в третий, терпеливо напомнила:
– Бесы, говорю тебе! Тока они, поганцы, на такое и способны.
– Бесы – это вроде чертей или шамаханов?
– К шамаханам ближе, – подумав, подтвердила Яга. – Черти, они твари солидные, где попало не светятся, на всякую ерунду не размениваются. Могут при кузне жить, могут при мельнице, а есть и такие, что свои поместья держат, во дворцах да теремах княжьих шику-шикотану дают! Ни деньги, ни слава им не интересны, они всё лишь души человеческие скупают.
Милей грешной души для чёрта ничего нет!
– А бесы? – напомнил я, потому что бабка явно ударилась в романтические воспоминания.
– Эти рангом помельче будут, хоть внешне и похожи: рога да копыта, хвост, нос пятачком свинячьим. А тока на продажу души человека склонить у беса кишка тонка.
