Отложив вилку и нож, Рома вперивает в нее взгляд. Выдвинув подбородок, она его держит.
— Вы сказали, у него случился срыв, — подаю голос, — Давно он зависим?
— Это не важно. Он успешно лечился и избавился от всех своих зависимостей. Вернулся в Москву окрыленный и воодушевленный с намерением сделать свою жизнь лучше. Он был так счастлив, а потом.... этот твой проклятый курс.
— У него ничего не вышло, и он сорвался? — уточняю я.
— Таких как ты, нужно судить и сажать! — игнорируя меня, восклицает со злостью, — А ты умыл руки и подался в политику!.
.. Ничтожество! Ты не выиграешь эти выборы!
— Мне всё ясно, Ида, — говорит мой муж ровно, — Вам самой не мешало бы обследоваться.
— Мерзавец! — выкрикивает она и бросает в него скомканную салфетку.
Её контроль полностью утерян, и я интуитивно решаю давить дальше.
— Когда вы приняли меня на работу, это уже случилось?
— Это случилось, когда тебя не было в Москве.
— И после этого вы все равно взяли меня в журнал?... Почему?
— Да при чем тут ты?! — рявкает она, — Ты не имеешь к этой истории никакого отношения! Мне плевать на тебя! Я всего лишь хотела, чтобы ты разочаровалась в этом неудачнике.
— Осторожнее, Ида. Не закапывайте себя еще глубже, — осаждает ее Рома.
— Что ты от меня хочешь?! Публичного раскаяния? Его не будет!
— Оно мне не нужно. Вы покинете пост главного редактора «Глянца».
— Не дождешься! Ты никто против меня, — заявляет, некрасиво ухмыляясь.
— Пакуйте вещи, Ида!
Я зажимаю пальцами виски и прикрываю глаза. Потрясение перевернуло мой мир.
Очередное горькое разочарование буквально выпотрошило.
— Идите вы к черту, Березовские! — цедит сквозь зубы, поднимаясь со стула, и обращается непосредственно к Роме, — Сына я тебе никогда не прощу.
Хватает свою сумку и, неосторожно взмахнув ею, опрокидывает свой бокал. Тот падает на стол, не разбиваясь, а недопитое вино быстро пропитывает салфетки.
Выскакивает из кабинета, хлопая дверью, а мы с мужем смотрим друг другу в глаза. Он улыбается. Я не могу.
— Что теперь будет? — шепчу тихо.
— Хорошо всё будет. Больше никто не напишет дерьма о нашей семье.
— Это все она, да?
— Ты сама слышала, — подтверждает, согласно кивая.
— Денис знал?
— Да, это он подтвердил мои догадки.
— О, Боже!... — ахаю, прижимая ладони к щекам, — В голове не укладывается!... А как ты её сюда заманил?
— Она шла на встречу с Правдой. Намеревалась перекупить его.
— Твою мать....
— Не думай об этом, Наташ. Я доведу дело до конца. Всё будет отлично. Позвони няне.
— Что?...
