За коньяком Коля посетовал ему на то, что в науке чувствует себя везунчиком, а вот в личной жизни — совсем наоборот. Признался, что иной раз накатывает такое настроение, что хочется все бросить и уехать за тридевять земель. Ну а Зоя Котова живет и работает в Электростали. Год назад с Николаем мельком встретилась в Москве. Спросила, как работа, как жизнь. Он ответил, мол, средней паршивости и поспешил откланяться. Так, вот Олег Еремейчик. Он живет в Твери. С Николаем не виделся давно, но наслышан о том, что в академических кругах есть немало особ, настроенных против него.
Они вроде бы даже собираются создать какую-то межведомственную комиссию, чтобы устроить ему полный разгром. — Шорох пролистал до конца свой, как он назвал, поминальник, протянул эти записи Льву Ивановичу и добавил: — Суммируя все, что говорилось нашими однокурсниками и наблюдал я сам, должен сказать, что назвать жизнь Николая Береженникова радужной было бы очень сложно. Особенно последние месяцы. Поэтому, с учетом того, что угадывалось и читалось из его суждений и высказываний, я имею все основания считать, что он просто где-то скрывается.
Вряд ли нормальный человек выдержит такой груз, который на него обрушился. Вот как-то примерно так. Кстати, того же мнения придерживается и еще один наш однокашник. Это Арнольд Кучачаев. Мы с ним не так давно общались по телефону.
— Как вы сказали? Арнольд Кучачаев? — с удивлением спросил Гуров. — То есть вы располагаете номером его сотового?
— Да, разумеется! — Шорох утвердительно кивнул.
— Вы о нем уже знаете? А номер я сейчас напишу. — Он быстро вывел на листе бумаги цепочку цифр.
Лев Иванович пробежал по ним взглядом и проговорил:
— Об Арнольде Кучачаеве мне немного рассказала Тамара Аркадьевна. По ее словам, Арнольд как-то раз был у них в гостях. Николай Романович провожал его на поезд, после чего вернулся домой сильно расстроенным и мрачным. В дальнейшем о Кучачаеве он даже слышать не желал. Возможно, они из-за чего-то поссорились. Вы не в курсе, что именно произошло? Какая черная кошка между ними могла пробежать?
Шорох сокрушенно покрутил головой, развел руками и ответил:
— Точно вам не скажу, но вроде бы Арни в чем-то как-то подложил ему крупную свинью.
Возможно, на склоне лет он решил покаяться, а Колька его не простил. Арни сейчас живет в Новосибирске, стал медицинским чиновником.
В этот момент запиликал сотовый Гурова. Звонил Жаворонков.
— Лев Иванович, нашли мы этого человека, — сказал он.
