— Зачем?
— Я не знаю… — он замотал головой, — меня просто вышвырнули, как ненужного пса. Присоединили к отряду зэков.
— Сколько их?
— Я точно не понял, но около десяти где-то. Может, чуть больше. Они… они издевались надо мной. Я… я убил одного и сбежал.
— Ты?.. Убил? — я даже рассмеялся хрипло. — Ты самый трусливый человек из всех, кого я видел. И ты говоришь — убил?
— Это кошмарная правда, Максим. Вот… — доктор поднял руки и протянул их вперед. В свете звёзд они не белели, как его лицо и моё, а блестели кровью.
— Посмотрите, Максим. Тут и моя кровь… я весь изрезан, пальцы… но я убил. Я знаю, где артерия. Я врач. Я… я перерезал часовому горло и сбежал. Словно зверь, будто хищник.
Голос его дрогнул, будто он мне исповедовался в тяжком грехе и теперь ждал отпущения. Я долго смотрел на него, молчал, сжимая зубы.
— И что, думаешь, мы теперь тебя примем? После того, что ты сотворил? — спросил я.
— Я хочу искупить вину, — взмолился доктор. — Я хочу помочь… Там… там Лиза и Ворон. Они у них в лапах.
— Какого хера ты молчал⁈ — рявкнул я и тряхнул его за грудки так, что голова доктора резко запрокинулась назад. — Решил приберечь эту новость?
— Я… я не специально, я просто не мог, — лепетал он. — Вот сейчас… рассказываю. Да, они у них. Лиза и Ворон попали к ним. Клянусь!
— Ты же говорил, что у них задача — нас убить, зачем они их держат у себя? — я прищурился, глядя прямо в глаза доктору. — Ты меня не дури, док.
Он закивал, торопливо заговорил:
— Да, всё так, и… Они привязали Ворона к дереву и бросили.
Думали, что он мёртв. Я им сказал. Но он живой! Я нащупал пульс. Они заставляли меня его прикончить, сунули нож. А я говорю — я врач, а он уже труп. Сказал, вижу, и… Они мне поверили. Он жив! Жив, Максим! Я честно не вру, и вы… Он там, привязанный к дереву. Его можно спасти…
Говорил он сбивчиво, то и дело теряя мысль, но главное я понял."
"— Хм… хоть одна хорошая новость, — выдавил я, но по спине побежали мурашки. Потому что я уже догадывался, почему доктор ничего пока не сказал про Лизу — и что они могли сотворить с ней.
Ворона могли просто добить, а вот с ней… даже думать не хотелось.
— А где Лиза? — всё же спросил я жёстко, в упор глядя ему в глаза.
Доктор приподнялся, будто не мог больше сидеть там, внизу на земле, и теперь переминался с ноги на ногу:
— У их главного… Кирпича. Это… Максим, он очень жестокий и страшный человек. В своем шалаше ее держит. Он… сказал, что теперь это его баба.
