И тот, что видел машину Якимушкина возле склада в ночь смерти Волкова, не сказал. За что могли убрать Паршина, он не знал. И это была правда. С Якимушкиным больше не пересекался, да и от остальных старался держаться подальше.
– Все это очень интересно, – подытожил Гуров, – только бездоказательно. Якимушкина уже след простыл.
– Почему бездоказательно? У меня запись есть, – заявил Мухамбетов. – И то, как он ко мне со своим предложением пришел, и то, где я ему посоветовал к Бороде обратиться.
Телефонный звонок, когда я ему время и место встречи сообщил, тоже записан. Дома они, в Череповце.
– Да ты прямо секретарь-референт на обучении. Каждый шаг запротоколирован, – съязвил Крячко.
– В двадцать первом веке живем, – пожал плечами Мухамбетов. – Эра цифровых технологий, а без страховки сейчас никуда.
– Почему же сразу не сказал?
– Ага, передать вам пленку, на которой я Волкову встречу назначаю? Это же самому себе петлю на шею накинуть.
– Сейчас же готов передать, – заметил Лев.
– Что изменилось?
– Сейчас вы меня к стенке приперли. А тогда я еще надеялся, что ошибся. Думал, кишка у Якимушкина тонка, чтобы Волкова убрать. А теперь думаю, не он это сделал, вернее, не без помощи Бороды, а раз так, то и мне за свою шкуру опасаться нужно. Начали менты, пардон, полицейские, копать вокруг смерти Волкова, рано или поздно на Бороду выйдут, а как он на это отреагирует – неизвестно.
– Да что с вашим Бородой не так? – удивился Крячко.
– С чего это вы его так боитесь?
– А вы досье на него почитайте, – посоветовал Мухамбетов. – Интересное чтиво получите.
– Ладно, почитаем, раз советуешь, – кивнул Стас и взглянул на часы. – Час до регистрации остался. Пойдем перекусим, что ли? Перелет долгий, а кишки уже сейчас от голода сводит.
Все трое перешли в буфет аэропорта. Гуров занял место у окна, Мухамбетова усадил в угол, чтобы тот не вздумал снова в бега рвануть. Крячко командовал возле буфетного прилавка.
Наставил на поднос всякой всячины, расплатился и вернулся к остальным. Ели не спеша, чтобы убить время. Затем перешли в зал регистрации и в семь утра сели в самолет. Разговор с генералом Гуров отложил до возвращения в Череповец, а полковнику Быстрякову позвонил из аэропорта, попросил прислать машину, чтобы с задержанным на такси не кататься.
В Череповце их встретил лейтенант Обыденнов. Обрадовался возвращению полковников, как любимой жене.
