Последний вариант рассказа Мухамбетова подтвердился полностью. И про то, что Якимушкин являлся зачинщиком всей аферы, и про участие в деле Бороды, и насчет времени последней назначенной встречи. И даже то, что место встречи сам Волков выбрал.
Дальше решили подсобрать информацию на Дмитрия Бородина. Оказалось, и собирать ничего не нужно. Борода этот – личность известная. В лихие девяностые входил в одну из ведущих бандитских группировок, потом, как и все бывшие «бандосы», остепенился, узаконился и теперь занимался скупкой лома черного металла.
Сам имел прямой выход на нужных людей с «Северстали», по величине второго в России металлургического комбината. Конкурентов в этом деле имел немного, но в их числе ходили такие же, как он, бывшие «бандосы».
Возраст Бороды приближался к шестидесяти, каких-то пары лет не хватало, следовательно, в девяностые он уже не был «желторотиком». С тех лет за ним тянулся шлейф недоказанных преступлений, пара судов, которые его адвокаты выиграли, и целая куча историй, кровавых и жестоких.
Обо всем этом Гурову и Крячко рассказали ребята из отдела. Каждый, при ком они упоминали имя Бороды, имел свою историю, в которой Борода выглядел неприглядно. Выслушав пару-тройку таких рассказов, Гуров начал задавать рассказчикам один и тот же ключевой вопрос: мог ли Борода убить человека сейчас, в новой реальности? И каждый раз получал один и тот же ответ: легко.
Такого дружного согласия относительно подозреваемого он не встречал давно, поэтому решил, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
Выяснив адрес, где находится склад Бородина, Гуров и Крячко оставили Мухамбетова на попечении участкового, а сами отправились на улицу Стрельную познакомиться с Бородой.
Глава 11
Склад, принадлежащий Дмитрию Бородину, поражал воображение. Только основное здание размером могло конкурировать с хорошим аэродромом, вся же площадь, которую занимали склады, ангары и рабочие корпуса различного назначения, тянула на солидный заводской комплекс советских времен.
Как позже оказалось, заводу территория раньше и принадлежала. В девяностые завод обанкротился, имущество пустили с молотка, Борода его к рукам и прибрал. Так, мимоходом. Потом, когда смутные времена прошли, произвел реконструкцию и начал заниматься металлом.
За высокий кирпичный забор пустили полковников не сразу. Пришлось не только удостоверения предъявить, но и разрешения от самого Бородина дождаться.
