— Нет в палатах мест. Только кушетка в коридоре.
— Значит, кушетка…
— Какая еще кушетка в коридоре?! Это прикол?.. — ловлю взгляд медсестры.
Не… не прикол, по-ходу.
— А как ты хотел? Праздники…
Врач уходит.
Капитан мерит шагами палату.
— А я тебе говорил, Корниенко, что ты допрыгаешься?
— Извините, что праздник испортил.
— Вот чего тебя коротнуло, скажи мне?
— Пап, он просто стрессанул.
— Полина… — бросаю на нее тяжелый взгляд. — Давай без деталей.
Он и так меня дрочит за слабости. Расскажи ему ещё…
— Нервный какой… — продолжает дрючить меня капитан.
— Пап, хватит!
— Паш! — возмущенно одергивает его Вера Романовна. — Ты в больницу к человеку приехал!..
— Я его в эту больницу месяц загонял!
— Так! Сейчас всех выгоню! — шикает медсестра.
— Полин… — шепчу ей. — Увози всех.
— Ну вот, все неплохо… — рассматривает кардиограмму медсестра.
— А Вы точно разбираетесь? — недоверчиво смотрит на нее отец.
— Я еще получше врачей разбираюсь! Сорок лет на эти «пейзажи» любуюсь! — взмахивает тонкой бумажкой.
— Миокардит у него и спазм сосудов на фоне стресса. Курит, не высыпается, тревога, спазм…
— Это Вы по пейзажам диагностировали? — скептически.
— Это я по опыту утверждаю. А врачи там пусть уже обследуют как положено.
— Один уже надиагностировал не пойми чего…
— Паш, перестань.
— Я знаю, о чем говорю: у нас вон тоже Коновалов на «пейзажи» эти не первый год любуется. А диагнозы ставить так и не научился. Можно нам врача какого-нибудь?
— А врач у нас сегодня только дежурный. И только к тяжелым сейчас заходит.
Парню приступ купировали. Пусть прохлаждается теперь пару дней на успокоительных, пока главный врач на работу вернется. Дежурным — не до него. А вы домой поезжайте. Ему сейчас волноваться нельзя.
— Ага! — разворачивается Мила. — Мы уедем, а у Корниенки сердце остановится!
— Тьфу на тебя! — отмахивается Вера Романовна.
— Разлуки с тобой не переживет? — ядовито фыркает на нее капитан.
— Надо его забрать! И валерианкой напоить. От невров.
— Леща ему надо отцовского от «невров»! — злится капитан.
— Что-то долго едет, кстати наш лещ.
Смотрит на часы.
— Стоп! — подрываюсь я.
Отвожу руку медсестры со шприцом.
— Не надо мне снотворное.
Она недовольно бормоча уходит.
— Павел Алексеевич, Вы что — отцу позвонили?!
— Естественно! Хер ли он там празднует, пока сын в больнице? Нормально ему там пьется и естся, пока тебе сердечный приступ снимают? Пусть приедет, поинтересуется, как ты тут симулируешь.
— Черт… — сдавленно рявкаю я.
