Вместе, малыш, разберёмся. Не бойся. Просто позвони мне, и я всё устрою. Веришь мне?
В каком-то застопоренном ожидании жду, что именно после этого придёт ответ с одним коротким ""верю"". Когда этого не происходит, швыряю гаджет в лобовое.
— Сука! Пиздец, блядь, полный! И что мне теперь думать?! Что делать?! — последний вопрос адресую Арипову.
У него сейчас хотя бы мозги не набекрень, в отличии от меня. Да и в принципе он не дурак, хотя и здорово им прикидывается.
— Для начала успокойся и в себя приди. На кипише ни хера хорошего ты не нарулишь.
Погнали, выпьем. — режет, поднимая мобилу и возвращая мне.
— Ты сейчас, блядь, серьёзно? Предлагаешь нажраться? — рычу, отрывая башку от руля. — Мне трезвые мозги нужны!"
"— Не нажраться, а нервы расслабить. Успокойся, Север. Тебе сейчас ни хера, кроме как ждать, и не остаётся. Лучше в баре поторчим. Хоть проконтролю тебя, чтобы не разорвало на эмоциях.
Не разорвало? Да я уже всмятку. Ошмётки по всей парковке. Коноёбит так, что мобила из рук выпадает.
Поднимаю и опять набираю Мироновой.
Гудки. Металлический голос автоответчика.
Строчу.
Артём Северов: Девочка моя, что бы ни случилось, я тебя всё равно. Просто дай знать, что у тебя всё хорошо. Умоляю, Насть, не молчи.
Завожу мотор и выруливаю с парковки. В баре торчим с Тохой, пока не переваливает за полночь. Звонки всё так же без ответов. Долблю каждые несколько минут. Сообщения не прочитаны. В мессенджере Настя не появлялась со вчерашнего вечера, когда я за ней приехал.
Я почти не пью.
Пропустил бокал виски и пару пива, но на этом и тормознул. Хотя нажраться до потери памяти охота. Трясучка усиливается, когда поднимаюсь из-за стола. Даже ноги, сука, подкашиваются, и приходится ухватиться за край. Страх мерзкими червями расползается по нутру, прогрызая органы. Мотор работает на разрыв, без перерывов.
— Ты куда? — подрывается приятель.
— К ней поеду! — обрубаю последующие вопросы. — В лобовую не попру. Попробую по-тихому разузнать, что да как.
— Через забор полезешь?
— Если придётся.
— рычу мрачно и через час уже торчу под этим самым забором.
Насколько удаётся увидеть, свет в окнах не горит.
Без конца долблю на мобилу.
Тишина.
Запрыгиваю в тачку и, отряхиваясь от дождевых капель, заезжаю с другой стороны. Ещё на подъезде подмечаю открытое окно и светлую макушку. Мышца в грудине выпрыгивает к чертям, пробиваясь к ней.
Вылетаю из машины, забив на дождь.
— Настя! — кричу, не заботясь о том, что кто-то услышит.
