Многого ли ей это стоило? Врать и вынашивать моего ребёнка.
Я подскакиваю.
— Роман?
— Я скоро вернусь. Мне надо к ней. Срочно. И не говорите, что нельзя. Мне можно. И нужно. Слишком долго было нельзя.
Отчим покачал головой:
— Только не надо на неё давить и заставлять девочку волноваться, хорошо?..
Глава 48. Бес
Я киваю и вылетаю пулей из его кабинета. Волноваться?.. Я хочу, чтобы Снежинка волновалась только от счастья, но никак не от всего остального с привкусом боли и разочарования. Распахиваю дверь палаты настежь.
Медсестра, измеряющая давление, вздрагивает от неожиданности и укоризненно качает головой.
— Вы заставили меня сбиться, молодой человек. Придётся измерять заново.
Медсестра вновь накачивает резиновую грушу и сообщает спустя несколько мгновений:
— 90–60. Низковатое давление.
— Нет, у меня оно постоянно такое, — подаёт голос Снежинка, глядя только на медсестру.
— Хорошо, я зайду к вам позже. А пока лежите отдыхайте.
Я нетерпеливо прохаживаюсь по палате, пока медсестра делает необходимые пометки в журнале.
Наконец, она уходит. Я подхожу к кровати и, не удержавшись, ложусь рядом со Снежинкой. Сгребаю её в охапку.
— Я всё знаю, Снежинка. Твоё коварство не знает границ. Но если ты хотела избавиться от меня таким способом, то знай: у тебя ничего не получилось. И не получится. Я буду с тобой, что бы ни случилось.
Она всхлипывает и обнимает меня в ответ.
— Я соврала тебе, Бес. Специально соврала. Это твой ребёнок. А с этим… Земянским… я ни разу… Только на публике изображала… Он мне противен.
От одной мысли выворачивало. Мне все противны, кроме тебя. А ты…"
"Снежинка плачет, уткнувшись мне в грудь, и так стискивает мою шею, словно нас кто-то хочет оторвать друг от друга. Оторвать и раскидать по разным частям света. А вот ни хрена не выйдет. Всё равно притянемся друг к другу. Я притянусь к ней во что бы то ни стало. Я поднимаю её лицо, целую мокрые ресницы и щёки, впитываю горько-солёную влагу её слёз.
— Ты… просто взял и вывернул наизнанку моё сердце… и забрал.
Верни мне его обратно, Рома. Я не знаю, где оно. Но болит… Пусто в груди, но всё равно болит…
Чёрт. Как же сложно удержаться. Нет, просто невозможно…
— Открой глаза, Снежинка.
У меня самого перехватывает горло и всё дрожит перед глазами, становится мутным и расплывчатым.
— Я тебе его не отдам… Ни за что, слышишь?.. Возьми моё, если… Если оно тебе ещё нужно, потому что…
Снежинка запускает пальцы в волосы и дёргает моё лицо к себе, прижимаюсь своими губами к моим.
