Его бывший начальник Максимов отзывался о диссертации пренебрежительно, а научный руководитель вышел на пенсию, и, хоть искренне переживал за Чеснокова, его слово теперь мало что значило. Профессор Миллер искренне желал, чтобы его бывший ученик получил ученую степень, звонил знакомым, обеспечивая хорошие отзывы, но заниматься черновой работой не собирался.
В итоге рассылка авторефератов, сбор отзывов, поездки к оппонентам и переговоры с секретарем ученого совета достались Розенбергу. Теперь по вечерам он часами висел на телефоне, стараясь найти выходы на Максимова, чтобы тот смилостивился и дал бывшему аспиранту спокойно защититься.
Звонил он и ректору мединститута, после чего Диана, слышавшая разговор, поняла, что увольнение Стасова откладывается на неопределенный срок.
Она вызвалась помогать мужу: надписывала адреса на конвертах с авторефератами, покупала коньяк и конфеты для оппонентов, даже собиралась взять на себя организацию банкета после защиты. Все это с единственной целью – иметь предлог явиться к Розенбергу в клинику и увидеть там Володю.
Конечно, она могла бы заглянуть и просто так, была, мол, в городе по делам и заехала повидаться с мужем, но Диана чувствовала, что это очень не понравится Розенбергу. Ни в чем не ограничивая свободы жены, вторжения на свою личную территорию он бы не потерпел.
И вот настал тот прекрасный день, когда Розенберг позвал ее сам. Он вышел на оппонента, собирался ехать к нему после работы, а для этого был нужен экземпляр чесноковской диссертации.
«Я его накачаю коньяком по самые брови, он и сам не заметит, как подмахнет отзыв», – пояснил Розенберг общепринятую стратегию.
Предвкушая встречу с любовью всей своей жизни, Диана долго наряжалась и прихорашивалась. Она должна выглядеть не просто симпатичной девушкой, а успешной женой богатого человека. Пусть Стасов увидит, что она не пропала, когда он ее бросил!
Она убрала волосы «ракушкой», сделала легкий макияж и надела брючный костюм цвета засохшей зелени с кремовой блузкой и темно-рубиновыми сапожками на шпильке.
Слава богу, теперь у нее было из чего выбирать."
"На днях Розенберг подарил ей норковую шубку, но Диана собиралась ехать в клинику на общественном транспорте (брать такси, как предлагал муж, казалось ей глупым расточительством), а там ее нарядная шубка будет выглядеть нелепо. Да и Володя может расценить ее появление среди бела дня в таком виде как дешевый шик и пошлое стремление покрасоваться.
