Он не стал слушать никаких историй о кончине Юрия Петровича Василькова, отложив это на вечер, и услал Диму с Ольгой в архивы, искать родителей Клавдии Ковалевой и Сергея Мерцалова. Он был совершенно уверен, что это небыстрое дело за полдня сделано быть никак не может, но от недостатка времени у него шевелились волосы на затылке и холодела спина, как будто кто-то беспрестанно шептал ему: ты опоздаешь, опоздаешь, ты уже почти опоздал…
Он налил себе кипятка – ни кофе, ни даже чая на этот раз ни у кого не было – и сел подумать.
Дело не в Юрии Петровиче Василькове, кем бы он ни был. Дело скорее всего и не в Мерцалове Пете, которому слежка за братом была совершенно не нужна, он мог убить его и без всякой слежки. И не в Элеоноре.
Элеоноре убивать Сергея и вовсе не было никакого смысла. Зачем убивать пресловутую курицу, несущую золотые яйца?
У Клавдии два раза вырывали сумку. Первый раз ее тут же вернули, потому что в ней не оказалось паспорта. Нужен был именно паспорт. Зачем? Чтобы с точностью установить, что это именно она, Клавдия Ковалева, прописанная там-то и там-то.
Человек, который следил за ней, хотел в последний раз с точностью удостовериться, что это именно она. Очевидно, он не знал ее в лицо и никогда до этого не видел и не мог допустить, чтобы произошла досадная ошибка. Чтобы он убил кого-то другого.
Он хотел быть точно уверен, что убивает именно Клавдию Ковалеву.
Зачем?
Зачем он убил Сергея Мерцалова и собирался убить Клавдию Ковалеву?
Детдомовские дети.
Сергея усыновили в семь лет, а Клавдия так никому не приглянулась. Они выросли в разных детдомах и скорее всего никогда не видели друг друга.
Что они могли знать? Кому они могли мешать?
Что-то, случившееся в детстве и до сих пор, спустя почти тридцать лет, имеющее значение?
Что же? Что?!!
Андрей подтянул к себе один из альбомов, которые привезли от Ирины Мерцаловой.
Это свадьба. Глупые счастливые лица молодых, испуганные – родителей. Родители только Ирины, родителей Сергея не видно.
Интересно, они и на свадьбе не были?! Какие-то студенческие сборища – лыжи, костры, гитары и портвейн “Три семерки”. Это все нам знакомо, это все мы тоже проходили… Соревнования. Картошка. Какая-то очень серьезная аудитория слушает Сергея Мерцалова, стоящего за кафедрой. Диплом? Кандидатская?
Андрей открыл второй альбом.
Опять серьезный мальчишка с удочками и холодное озеро на заднем плане. Школа, первое сентября.
