А вот понимаешь ли это ты?
Валентина знала, какой будет цена непонимания: смерть. Она согласилась молчать. Может, по глупости, или потому, что не получила нормального образования, или потому, что до смерти боялась донести на мужа, или потому, что, хоть и сбежала с фермы, чувствовала себя пленницей. Какая разница? Все это — лишь отговорки. Они не помогут ей забыть правду: она тоже виновна.
Глава 50
Сотрудники ОКА запросили ордер на арест Антона Колладо. Уведомили посты жандармерии по всей провинции, чтобы они проверяли водителей на дорогах.
Антон не мог уйти далеко, времени не хватило бы. Агонизирующий поросенок в свинарнике служил подтверждением того, что преступники покинули ферму приблизительно за час до приезда полиции. С Антоном наверняка был и Хулио — человек в зеленой куртке. Местные сказали Ордуньо и Рейес, что он был сыном Антона. Они же рассказали о братьях Антона — Серафине и Касимиро, труп которого нашли на втором этаже дома. Он был убит выстрелом в лицо.
Ферму наводнили криминалисты; они обследовали каждый закуток.
Начали с подвала. Собирали крошки черного табака марки «Буллбренд», недопитые стаканы виски, джина, рома… Убирали волоски в специальные пакеты, тампонами брали образцы крови с пола и мочи со стен…
Элена подошла к Буэндиа:
— Нашли что-нибудь интересное?
— Здесь столько всего, что лаборатории хватит работы на несколько месяцев. Никогда ничего подобного не видел. Некоторым следам, похоже, много лет. Но до завтра я тебе ничего сообщить не смогу.
Посередине подвала стояла кровать с обрезанными веревками.
Анализ ДНК подтвердил, что кровь на матрасе принадлежала Ческе.
— Кто-то перерезал веревки. Если она была связана, то сама не смогла бы этого сделать. Значит, ей помогли.
Этим предположением Буэндиа пытался вселить в нее надежду, и Элене так хотелось ему верить. Не исключено, что Антон с Хулио спешили скрыться именно потому, что Ческе удалось сбежать.
К ним подошел криминалист в халате и защитных перчатках.
— Буэндиа, посмотри.
Он показал жестяную коробку из-под леденцов, полную зубов и связок ключей.
Трофеи.
— Зубы человеческие, не молочные. Принадлежали взрослым людям. Здесь на десяток челюстей наберется…
— Мы можем с ними что-то сделать? — спросила Элена. — Определить, чьи они?
— Что-то, может, и получится выяснить. Посмотрим… Сейчас я тебе ничего не могу обещать, у самого крыша едет от всего, что я здесь вижу, — признался Буэндиа, разглядывая связки ключей. — Им нравилось сохранять сувениры.
