Фургон резко свернул налево на следующем перекрестке, переехал через канал возле рю Беарнé, потом направо, уже на другом берегу, по бульвару Амбушюр поехал вдоль канала к центру. Он что, едет в полицейское управление? Центральный комиссариат возвышался в нескольких сотнях метров дальше. Сервас разглядел силуэты проституток в мини-юбках, несмотря на холод, фланирующих по боковым аллеям.
Вдруг, оказавшись уже почти перед центральным комиссариатом, Лемаршан свернул направо, прибавил к крутящемуся фонарю аварийный сигнал и остановился.
– Что он делает, чтоб его?
– Остановись!
Самира остановилась, следом за ней, как при цепной реакции, Венсан. Сквозь ветровое стекло они увидели, как продажный легавый перешагнул через живую изгородь между платанами, пересек беговую дорожку в сторону канала, расстегнул ширинку и принялся мочиться в черную воду.
– Кто-нибудь хочет принять участие в соревновании? – насмешливо спросил по рации Эсперандье.
Но Мартену было не до шуток.
Он чувствовал, как нарастает напряжение. Шестое чувство говорило ему, что неприятностей не миновать. Все сигналы тревоги у него внутри завыли хором. Они с Самирой сидели молча. Он широко открытыми глазами вглядывался в неподвижный темный силуэт, стоявший между деревьями спиной к ним. Старший капрал Лемаршан не двигался. Казалось, он чего-то ждал."
"Потом он вернулся, на ходу застегивая ширинку и широко улыбаясь. Сервасу показалось, что в глазах у него блеснул огонек безумия, и он почувствовал, как внутри нарастает тревога.
Лемаршан спокойно шел к автомобилям, но вместо того чтобы подойти к своему, прямиком направился к автомобилю Венсана и Рафаэля. Он постучал в пассажирское стекло, и Кац его опустил.
– Так это ты новенький? – спросил продажный легавый.
Лемаршан улыбался, но улыбка была опасная, что-то вроде щели или глубокого пореза поперек лица, на котором выделялись чернильно-черные, необычно блестящие зрачки.
Рафаэль спокойно выдержал его взгляд, не говоря ни слова.
– А ты знаешь, что твой командир гомик? – продолжал Лемаршан, прислонившись к дверце. – У него самая красивая в мире жена, а он предпочитает трахаться с парнями[48]. Да уж… нынче в полиции может оказаться кто угодно.
– А тебе это не нравится, а, Лемаршан? – саркастически вмешался Эсперандье. – Вот ведь насколько забавно заставить тебя изумиться.
