— Редко — это не “стопроцентно”!"
"— Меня убедили, что стопроцентно.
— Тогда случилось чудо, — скептически произношу я, глядя, как городские пейзажи сменяются лесополосой. Конечно, я узнаю дорогу, которая ведет к дому Камиля, но в голове мелькает тревожная мысль — не решит ли он избавиться от меня? Нет человека — нет проблемы.
— Твой сарказм не к месту.
Я так успокоиться пытаюсь, Камиль. Лучше уж буду грубить и говорить с сарказмом, чем плакать.
— Ты не предохранялся только со мной, надеюсь?
Я вижу, как Камиль прикрывает на мгновение глаза, несмотря на то, что ведет машину.
Кажется, он тихо произносит матерное слово.
— Да, только с тобой, — получаю я, наконец, ответ.
Хоть тут радостная новость. Шеренга удивленных и беременных женщин перед домом стоять не будет.
Я снова бросаю на него взгляд. Обида гложет меня изнутри, но еще сильнее терзает сердце другая боль. Поэтому я со вздохом решаю все-таки пояснить, как все получилось.
— Меня сегодня тошнило, — сообщаю я, — подруга дала мне тест на беременность, убедив меня его сделать.
Я даже не подозревала, что увижу на нем две полоски. Думала, что у меня просто задержка — такое часто бывало раньше. Меня это напугало. Я не знала, что делать, не знала, что думать. Решила, что в тех документах я могу увидеть, что ты лечился от бесплодия или что-то в этом роде, и, может, обрадовать тебя, но увидела вещи страшнее. Ты меня обманывал, Камиль, я поступила плохо… Мы вроде как квиты. Но все равно… извини за это.
Машина сбрасывает скорость.
Камиль молча сворачивает к обочине, паркуется, включив аварийку.
Забрав сигареты, он так же молча открывает дверь и выходит в темноту.
Я провожаю его взглядом. И впервые вижу, как он отпускает эмоции, которые держал в себе. Кажется, он что-то резко произносит — к сожалению, я не слышу, что именно, и с силой впечатывает в капот машины кулак.
После он отворачивается от меня и закуривает.
Немного подождав, я выхожу следом. Когдая подхожу к Камилю, присев рядом на капот Мерса, он выдыхает в сторону дым, убрав подальше от меня сигарету.
— “Извини” — ни хрена не подходящее слово для всего этого, цыпа, — произносит неожиданно он, глядя куда-то вдаль, — какой у тебя срок?
— Небольшой. Несколько недель, — отвечаю я как-то уныло, поежившись от ветра. Мимо нас, по другой стороне дороги проносится машина, моргнув фарами и громко посигналив, отчего я вздрагиваю. ""В задницу себе бибикни"" — хочется крикнуть ей вслед.
— У тебя есть время, чтобы ты подумала о прерывании.
— Что? Нет.
