Во многом все это произошло благодаря лорду Ханту, отцу Ивари, который предупредил меня о том, с какой стороны ждать удара в спину.
Я поморщился и перевел взгляд на Альберта.
— Не строй из себя идиота. Что с приютом? Что происходит в городе? Изволь объяснить, или мне тебя за шкирку потрясти, чтобы ты в себя пришел?
Альберт, оскорбленный моей бесчувственностью, бросил на меня ненавидящий взгляд.
— Да что там говорить? Провинциальный город, мода от столицы лет на десять отстает, представляешь, они до сих пор носят рубашки с поясами! Кошмар, какая безвкусица!
Убью.
— Альберт. Что с приютом?
— Да стоит, что ему сделается. Там новая управляющая…
— Новая управляющая? — подался я вперед. — Кто?
— Да какую-то бесприданницу сослали из столицы пару недель назад, не стоит внимания. Я поговорил с мэром — он сказал, никто кроме нее в городе не объявлялся. Ивари Хант — тем более. Походил по улицам, послушал разговоры. Твоя благоверная…
— Что за новая управляющая?
— Не обращай внимания, — отмахнулся он.
— Я тоже сначала подумал… Но нет. Не смотри на меня так! Я больше туда не поеду!
— Поедешь, — уронил я. — Если я скажу. Что за управляющая?
— Какая-то Иви… Иви… Вот, забыл фамилию спросить! Но вряд ли фамилия на слуху, ни один приличный род свою дочь туда не отправит. Появилась пару недель назад. Что еще про нее рассказать? Симпатичная. Ну, если отмыть и приодеть. На Ивари твою похожа, только не такая…. — Альберт изобразил жестом, как будто обмахивается веером, и жеманно повел плечами.
— Ну ты понял.
Идиот.
Я нанял на службу идиота.
Когда я вскочил, кресло, на котором я сидел, рухнуло на пол
— Ты, — выдавил я, отчаянно желая удавить Альберта. — Ты издеваешься надо мной? Последние мозги на тряпки променял? Ты, мать твою, прибыл в приют, который принадлежит Ивари, встретил там новую управляющую, похожую на Ивари, которая назвала себя Иви, устроилась туда примерно в то время, когда пропала Ивари — и говоришь мне, чтобы я не обращал внимания? Ты идиот?! Альберт, мать твою! Тебе голова зачем?! Чтобы волосы красиво лежали?!
Последние слова прозвучали, как рычание, и я почувствовал знакомую вибрацию под кожей, как всегда бывало, когда дракон рвался наружу.
Кажется, у меня даже зубы во рту превратились в клыки, так хотелось вцепиться ему в глотку и порвать.
Альберт окинул меня спокойным и исключительно недовольным взглядом. Кажется, выгребная яма испугала его больше, чем возможность быть разорванным заживо.
— Успокойся.
