Каждый степной воин хранил соль, грязную, серую, иногда черную, но соль!
А без соли в лесу туго. Яга на своей шкуре эту надобность прочувствовала. Долго без соли, как в пустыне без воды – тяжко. А который печенег без соли оказывался, так она его запросто – хрясть пестиком по темени и все, или сердце остановит, либо легкие охолонет. Троих приструнила, а толку мало – драгоценных кристалликов всего две щепотки насобирала. У вожака печенегов даже дюжина монет из червонного золота в поясе оказались, да все не то – бесполезные деньги ведьма раздраженно швырнула в подклеть избы.
От такого расстройства Баба Яга знатному пленнику голову отрубила – его же мечом рубанула по шее, а после в сердцах кисти рук отсекла. Зато успокоилась, уселась на крыльцо избы, замерла, да так и сидела до утра, любуясь зорькой в тиши и спокойствии. Даже песню какую-то заунывную затянула, да слова забыла.
Леший Аука ночью сгреб останки степного вождя и унес за ограду, там и бросил, а вот голову в заостренном шлеме водрузил на свободный дрын.
Хотелось коряжистому обитателю самолично хозяйке угодить, поэтому он и старался по хозяйству, как мог. Двор подмел, кровавые следы сухой травкой припорошил, отрубленные руки воина на елку сушить повесил – вдруг хозяйке пригодятся потом.
Еще несколько дней Баба Яга ходила по двору и его окрестностям задумчивая. Иногда довольно хмыкала, думку думала и надумала. После случая с печенегами наловчилась ведьма на широкую реку
Славутич[7] летать, купцов грабить, да и на прочий проезжий честной люд жути нагонять.
Переполненная восторгом и злорадством, она молча неслась над сумеречной землей, над верхушками деревьев к береговой линии реки, к «древнему пути из варяг в греки». Там, на песчаной отмели разбили бивуак идущие на полярную звезду купцы.
Торговцы шли с наполненными товаром ладьями к норвигам, этим грубым, самодовольным и немытым племенам. Баба Яга их не шибко жаловала. Зачастую небольшие отряды варягов шли на своих пестрых ладьях рядом с купеческими суденышками, и чтобы добраться до ценной добычи и нужного пленника, ведьме иной раз приходилось раскидывать волшебством этих настырных и натрыжных торговых защитников.
Но Баба Яга не топила их смешные кораблики с резными драконьими мордами и цветастыми парусами. Причина была проста – красиво, и все тут. Люди-то ведь старались, мастера с обручами на лбах разукрас чинили – жалко такую красотищу уничтожать. А настоящую красу Яга понимала и ценила.
А вот самих норвигов она не жаловала.
