В зернохранилищах Понта лежали два миллиона медимнов пшеницы, а один медимн обеспечивал два фунтовых хлеба в день в течение тридцати дней. Значит, одной только пшеницы Митридату хватит, чтобы прокормить всех своих людей в течение нескольких лет. Поэтому ему было все равно, что он приведет в Пафлагонию лишних сто тысяч ртов. Незначительные детали, вроде вопроса, каким образом будет перевезено такое огромное количество зерна и другого продовольствия, его не волновали. Это дело подчиненных. А Митридат просто считал, что они махнут волшебной палочкой – и все будет доставлено.
В действительности эти наемники не имели ни опыта, ни представления, как выполнить работу, вполне обычную для любого римского praefectus fabrum, хотя ни одному римскому военачальнику и в голову не пришло бы вести на большое расстояние армию, в которой в общей сложности больше десяти легионов.
Получилось так, что к тому времени, как Эвмах и Марк Марий отделили свою сотню тысяч солдат от трехсот тысяч, принадлежавших Митридату, продовольствия оставалось так мало, что царь был вынужден послать длинную цепь людей обратно за много миль, чтобы они на своих плечах принесли тяжелые корзины с хлебом и накормили армию (телеги с волами пройти по этой местности не могли).
А это, в свою очередь, означало, что каждый раз определенный процент солдат-носильщиков оказывался обессиленным. Флот вез запасы в Гераклею, как сказали царю. И еще царю сказали, что в Гераклее положение исправится.
Однако в Гераклее дела обстояли не лучше. Эвмах и Марк Марий двинули главные силы вглубь материка, к низовьям реки Биллей, пересекли горный хребет и вышли в долину реки Сангарий. В этой плодородной части Вифинии они могли хорошо кормить солдат за счет местных крестьян, но дальше путь их лежал через густо поросшее лесом нагорье, где были только небольшие обрабатываемые долины и отдельные участки распаханной земли.
Таким образом, неспособность прокормить сто тысяч солдат привела к тому, что Эвмах и Марк Марий разделились.
– Тебе не нужна вся армия, чтобы справиться с несколькими азиатскими греками, – сказал Марк Марий Эвмаху, – и определенно тебе не потребуется кавалерия. А я останусь на реке Тимбрис с частью пехоты и всей кавалерией. Мы будем обрабатывать землю, заготавливать фураж и ждать новостей от тебя. Постарайся вернуться к зиме и привести с собой половину жителей провинции Азия в качестве носильщиков.
