Вита слышала, что существует экстренная контрацепция. Необходимо лишь принять таблетки в первые сутки после незащищенного полового акта. Или две. Вита пока не вдавалась в подробности. Видимо, придется.
- Я тебя никогда не оставлю в покое! Когда ты это поймешь? И ты будешь делать всё, как я скажу!
- Да неужели? Наконец-то, Багровский, ты показал своё истинное лицо деспота и тирана! Ты…
Роман впился в её губы, одновременно сводя её руки над головой и обхватывая их одной ладонью. Вита зарычала в губы мужа, не собираясь ему уступать на этот раз.
Что он себе позволяет? Нет. Нет! И ещё раз нет!
Непонятно, что больше её злило. Тяжесть Романа и его близость, то, что не удалось поговорить, и снова намечался незащищенный секс, или реакция её тела. То тепло, что собралось в груди и устремилось вниз живота. Так не бывает! Не может у нее столь стремительно проснуться чувствительность, что от одного присутствия мужчины рядом она готова позабыть обо всем. Потерять голову…
Муж напирал, не давая ей ни единого шанса.
Если ночью она настраивалась на согласие, сейчас - на борьбу. Пусть ей будет плохо! Пусть! Она не сдастся! Не позволит манипулировать!
Она укусила его. Сильно. Впилась зубами в нижнюю губу. Рома зарычал, но поцелуй не прервал. Зато во рту появился привкус крови.
Его крови…
Вите стало дурно. До чего она докатилась. И это уже не первый раз, когда она его калечит! Это неправильно. Так не должно быть.
Вита глухо застонала. Выгнулась дугой, сминая одеяло, приспуская его к животу и обнажая грудь.
Чтобы тотчас вспыхнуть сильнее. Соски уперлись в грудную клетку Ромы. Задели, чуть-чуть. Отчего заныли, вокруг ареола ощутимо закололо.
Внезапно всё исчезло. И давление, и захват руки.
Рома, грязно выругавшись, скатился с неё.
- Ну и черт с тобой! – он откинулся на подушку, закрыл глаза. Его грудь шумно опускалась и поднималась. Он пытался совладать с эмоциями.
Вита села, прижимая к груди одеяло. Скомкала его негнущимися пальцами, до конца не в состоянии принять факт, что Рома её оставил.
Ей же радоваться положено, да? Тогда почему сердце заныло, а в горле неприятно запершило?
Вита, не глядя на Романа, взяла халат, что лежал рядом на кресле. Не пойдёт же она в ванную с одеялом. Тащить тяжело и абсурдно.
Почему у них так? Всё через одно место. Неприятное чувство раскаяния подобралось к девушке. Не стоило с утра затевать ссору. Вита тотчас одернула себя. Она достаточно прогнулась под Багровского, даже на этот фарс со свадьбой согласилась.
