– Ой, гляньте, какая штучка!
Быстрым движением она схватила нечто, незамеченное мной, и сказала:
– У Райки такой не было, прикольная вещичка!
Я глянул на ее руку и почувствовал, как по спине от затылка к поясу пробежала холодная волна озноба. На узкой ладошке, откровенно говоря, не слишком чистой, лежал золотой браслетик, тот самый, с колокольчиками, подаренный мной Рите.
Катя, не замечая моей реакции, тарахтела:
– Золотой, похоже, жаль, замочек сломался. И откуда он у нее?
– Поносить небось кто-то дал, – еле выдавил я из себя.
– А что? – согласилась Катя. – Вполне может быть.
Я ушел от Кати, унося с собой голубой свитер и браслет. Хитрая девчонка стребовала за них еще сто долларов. Прежде чем отправиться домой, я вновь зашел в фотосалон к Круглову, нашел парня, в одиночестве пьющим кофе, и сказал:
– Спасибо, встретил Кисину.
– Так нема за що, – хмыкнул Павел, – говно вопрос.
– У вас вроде есть еще снимки? Она сказала, вы хотели их в понедельник отдать.
– Отдать? – хмыкнул фотограф. – Тут не офис матери Терезы, а модельный бизнес.
Работа денег стоит.
– Но Галина Селезнева пообещала, что снимки сделают по заказу ее агентства «Модес».
Круглов засмеялся:
– Ой, держите меня, люди добрые! Шарашкина контора, а не агентство. Да, позвонила Галина, сказала, что пришлет девчонку на съемку…
– А вы?
– Я никогда от заказов не отказываюсь, – вздохнул Павел, – что хотите сниму: девушку, бабушку, дедушку, зеленую мартышку, денежки только отстегивай.
Галина Селезнева заверила парня, что при получении готовых снимков девушка отдаст деньги.
– Я еще предупредил, чтобы наличкой, – объяснял Павел, – никаких там «положим на счет». Лично вручи, хрустящими бумажками, желательно, зелеными.
И он противно заржал.
– Она заказывала альбомчик?
– Портфолио? – оскалился мастер. – Ну уж нет. Там работа долгая, художественная, я всегда предоплату беру, а тут щелкнул два раза, и всех делов, чтобы не рисковать. И видно, не зря схалтурил, никто за снимками не явился…
– Продайте их мне.
– Зачем? – удивился Павел.
Потом окинул меня взглядом и, понизив голос, сообщил:
– Ежели желаете на красивых девчонок полюбоваться, такие кадры есть! Клубника со сливками! Ну, хотите?
– Спасибо, меня не интересует порнография, просто я хочу сделать приятное Кате.
– Понял, – кивнул фотограф, – пятьдесят баксов.
На мой взгляд, два протянутых снимка не стоили и пяти рублей. На одном девушка в черненьких брючках и свитерочке стояла возле псевдостаринного кресла.
