Причём не со студентами, а с бумагами.
Я добрался до следующего пункта и ненадолго задумался. Бросил взгляд на женщину, около головы которой кружился Сандал. Спутника её поведение тоже слегка настораживало, поэтому он держался рядом, готовый в любой момент проветрить её головной мозг.
— Что обычно указывают в качестве причины для индивидуального плана учёбы?
Та всплеснула руками.
— Да чего только не пишут. И семейные обстоятельства, и болезнь, и военные действия, и даже будущую свадьбу.
На последних словах её глаза как-то совсем подозрительно заблестели.
Засверкали так, что я на всякий убедился в отсутствии всякой ауры. Но нет — моя божественная сила тут была ни при чём.
Сама же она вдруг продолжила."
"— Вы можете указать, что угодно. Я же всё равно поставлю подпись.
Я сдержал рвущееся наружу «почему» и аккуратно вписал причину. Потом заполнил все остальные данные, которых оказалось не так много, как предполагалось и протянул документ женщине.
Она не глядя поставила подпись с печатью, после чего очень быстро заполнила ещё один листок и проделала с ним ту же самую процедуру.
Этот, уже отдала мне.
— Вот. На случай, если у кого-то будут вопросы. Всех преподавателей поставят в известность немедленно. И мне понадобится ваш контакт дарфона, чтобы заранее предупредить о сдаче промежуточной сессии. Плюс, потребуется выписать пропуск в библиотеку.
Делиться с ней своим контактом, откровенно не хотелось. С другой стороны, это же смертная. Что она может мне сделать? Тем более через дарфон.
В итоге, я приложил свой аппарат к её, а на лице женщины в очередной раз за последние десять минут появилась счастливая улыбка.
— Вот и всё. Теперь вы, на индивидуальном плане обучения, Василий. Обязательными к посещению, остаются только промежуточные сессии и сами экзамены. Всё остальное, по вашему желанию.
Приторно-сладкий голос. Счастливая улыбка. Сияющие глаза. Все признаки эйфории. Причину которой я абсолютно не понимал, что несколько раздражало.
Тем не менее, документ был у меня в руках. Вполне официальный, с печатью и подписью.
Оставалось только показать его на выходе Митрофанычу и убедиться, что всё на самом деле сделано верно.
Поблагодарив, направился к выходу и через десять секунд выскочил в коридор. Зайдя за поворот, направил внутрь ректората Сандала. Более того — оставил ястреба внутри на четверть часа, пытаясь обнаружить хотя бы какой-то намёк на причину её поведения. Но всё это время, она упорно трудилась над бумагами, что-то напевая себе под нос.
