А потом лицо и вовсе приняло восторженный вид. Как будто Юпитер сообщил, что берёт её в жёны и забирает на Парнас, откуда она вечно будет править миром.
— Сейчас, сейчас. Вы только подождите и никуда не уходите. Слышите? Ждите здесь.
Встав, стремительно бросилась к выходу из кабинета, а я озадаченно переглянулся с Сандалом. Поведение женщины намекало, что ей неплохо было бы посетить то самое заведение, где пропал осколок моей «искры». Но место работы говорило об обратном — не станут же они допускать безумную смертную до работы в ректорате?
На всякий случай отправил следом ястреба, но тот не увидел ничего подозрительного.
Она всего лишь рылась в чужом рабочем столе, видимо ища нужные документы. А найдя, сразу же побежала обратно. В буквальном смысле — неслась во весь опор, замедлившись только перед самым входом в помещение.
Зайдя, ещё раз осмотрела меня с ног до головы и расплылась в улыбке.
— Вот все нужные бумаги. Просто заполните их.
Я забрал у неё стопку листов и осторожно поинтересовался.
— А дальше? Нужно ведь будет чьё-то одобрение, верно? И какие-то документы от меня?
Она на момент задумалась, но потом неожиданно махнула рукой.
— Проректора по учебной работе, но я так почти всегда расписываюсь вместо него. Да и печать у меня есть.
После того, как она продемонстрировала мне печать, которую прихватила в том же самом кабинете, где нашла бумаги, я окончательно уверился в первоначальной оценке. Возможно она и не безумна, но с психикой у неё не всё в порядке. Хотя, разве это моё дело? Университет сам взял её на работу.
А я даже не пытался воздействовать на разум.
Что странно, второго стула в комнате не было. Имелось четыре больших стола, на которых лежали кипы бумаг, но то ли там никто не работал, то ли смертные утащили стулья с собой. Может они тут все такие чудные? Специальный кабинет для странных работников?
Женщина попыталась уступить мне свой, но я отказался и начал заполнять документы стоя. А та молча сидела на своём месте и восторженно пялилась на меня. Да Кронос её задери! Что происходит? Почему она смотрит на меня, как похмельный сатир на бутыль вина?
— А где все остальные? Или здесь всегда почти никого нет?
Я решил поддержать беседу, чтобы ситуация выглядела чуть более нормальной и работница ректората немедленно откликнулась.
— Сегодня в столице испанская делегация. Преподаватели сразу из пяти их университетов для Одарённых. Все, кто оказался свободен, на приёме. А остальные ведут занятий.
Её же значит оставили тут. Работать.
