Когда отзвучал последний аккорд, Джастин подошел к фортепиано и, опершись на него рукой, спросил:
– Скажите, где простая камеристка могла так научиться играть?
Ее пальцы вспорхнули над клавишами, потом упали, издав какофонию звуков.
– Я… меня научила мама.
Голос у нее был неестественно высокий и даже визгливый, совершенно чужой.
– А ваша речь? Слишком уж правильная и рафинированная для камеристки, не говоря уж о французском.
Медлин, не отрывая взгляда от клавиш, пробубнила:
– Тоже мама. Я… выросла в… приличной семье, милорд.
– А что значит в «приличной»? – уточнил Джастин, прищурившись.
Она сглотнула:
– Я… я однажды чуть замуж не вышла.
Он вскинул брови:
– Вот как?
Это, конечно, ничего не объясняло, но она явно не хотела говорить больше.
– Я хочу извиниться.
– В этом нет необходимости, милорд. Да и за что?
– На сей раз за то, что вчера вечером повел себя фривольно.
Ее губы тронула еле заметная улыбка.
– Как вы сказали, милорд, мы квиты.
– Прошу вас, называйте меня Джастин. Хотя бы когда мы наедине.
Как-то странно величать меня по титулу после того, как мы поцеловались… дважды. Не находите?
Она рассмеялась:
– Я слышала, что вы любитель развлечений… разного рода.
Он едва не задохнулся:
– Вот как? И кто вам это сказал?
– Ваша сестра, – с готовностью ответила Медлин.
– Лиз? И откуда, позвольте спросить, ей это известно?
Медлин пожала плечами.
– Ладно, об этом лучше спросить у нее. Итак, у вас была возможность выйти замуж, но вы ею не воспользовались. Почему?
Она не сразу, но все-таки ответила:
– Потому что не было любви.
Джастин прищурился:
– А вы хотите выйти замуж по любви?
Она уверенно кивнула:
– По любви и никак иначе, но сейчас это неважно: все давным-давно прошло. У меня сейчас нет цели выйти замуж, главное – будущее сестры. Я все сделаю для Молли.
– У вас есть сестра? – нахмурился и почему-то удивился Джастин. – Она тоже камеристка?
Медлин покачала головой.
– И где же она?
– Живет в деревне, в Девоне, пока что у… знакомых. Я тоже там жила, после того как умер наш отец, и… – Она откашлялась.
– …все изменилось.
Джастин кивнул. Возможно, их отец был азартным игроком, умер и оставил их без средств к существованию. Вот им и пришлось полагаться на доброту знакомых. Незавидное положение, но не столь уж редкое среди дворянства.
– Я приехала в Лондон работать, чтобы посылать деньги Молли, – продолжила Медлин.
– Вы решили принести себя в жертву ради сестры.
– У меня просто не было выбора, – возразила Медди.
