А вот Карина знала бы это наверняка…
- Ты меня слышала? - обратился к жене, когда та и не произнесла ни слова.
- Д-да, - выдавила она не без усилия. - Но… могу я сначала покормить дочь?
Он выразительно взглянул на часы.
- Полчаса хватит?
- Наверно…
Не добавляя ни слова, Яков вышел из кухни. Прошел в спальню - когда-то их общую с Кариной, присел на кровать и обвел комнату рассеянным взглядом…
Зря. Здесь тоже все напоминало об утерянном.
Он на автомате потянулся рукой к ночнушке, забытой Кариной на спинке стула.
Прошло всего несколько дней с момента, как Инга заявилась в их дом, а в его душе за это время уже образовались настоящие американские горки…
Его отчаянно бросало то вверх, то вниз. То к одной женщине, то к другой…
Но стоило только Карине уйти, как все остановилось. Замерло. И в наступивших тишине и пустоте пришла внезапная ясность…
Теперь он понимал, как вся эта ситуация выглядела для Карины: он прожил с ней столько лет, но использовал ее как зал ожидания, не признавая своей конечной остановкой.
Он двигался, казалось бы, вперед, но при этом постоянно оглядывался назад, не решаясь поставить в прошлом точку.
И вот теперь, как итог, под угрозой оказалось его настоящее и будущее.
Слишком поздно до него дошла одна простая вещь: любовь - это не всегда фейерверк эмоций и бешеные страсти. В первую очередь это стабильность, надежность и доверие. Все то, что дала ему Карина…
Все то, чего не дал ей он.
Задохнувшись в безмолвном, задушенном рыдании, Яков уткнулся лицом в кусок атласной ткани, еще хранивший в себе аромат ее духов…
И испуганно дернулся, когда дверь позади него внезапно открылась.
Он посмотрел на вошедшую Ингу с молчаливым вопросом в глазах.
Она - с непривычной для нее неуверенностью помялась на пороге, но в итоге все же вошла, оказавшись совсем рядом…
В молитвенном жесте заломив руки, негромко проговорила:
- Это все из-за котлет? Я умею готовить, Яшенька, ты же знаешь… Просто все эти нервы… я задумалась и…
Он неверяще посмотрел на нее.
- Причем здесь котлеты? Я ведь все уже тебе сказал.
Вам не следует здесь оставаться.
- Но… почему? Ведь Карина ушла…
Не выдержав, он вскочил на ноги. Гневно на нее уставился:
- Вот именно - Карина ушла! И все потому, что я позволил тебе тут поселиться!
Внутренний голос ехидно подсказал: а еще потому, что ты лгал ей годами. Предавал - пусть не физически, но одним лишь своим бездействием. Позволял отдавать все, зная, что не готов так же отдавать взамен…
Инга решительно шагнула к нему.
