Он коротко, хмуро поинтересовался:
– Ну и что мы теперь будем делать?
Я невольно улыбнулась этому его «мы». Всего две буквы, но они поддерживали и окрыляли, давая понять одну простую, но такую важную вещь: я не одна.
Передернув плечами, я спокойно ответила:
– Будем жить. Так же, как и жили. У меня ведь есть вы, а у вас – я. И это неизменно.
Кухонная дверь внезапно приоткрылась и в образовавшуюся щель заглянули две мордашки. Одна – любопытная, а вторая – напуганная…
Оля и Артур.
– Мам… а куда папа ушел? – так тихо, словно и сам боялся своего вопроса, произнес младший сын.
Я не думала, что этот непростой момент – когда нужно будет объяснить все детям – наступит так скоро, но, в конце концов, для подобного ведь вообще не существовало подходящего времени…
Времени, когда от страшных слов, которые было просто необходимо произнести, станет менее больно, менее обидно…
И, как любая мать, столкнувшаяся с подобной ситуацией, я теперь стояла перед выбором: солгать, чтобы смягчить удар, или сказать все ровно так, как есть.
Как часто мы, родители, лжем, чтобы уберечь и оградить своих детей от любой боли. И как часто своими благими намерениями наносим только вред, потому что правда имеет одно крайне неприятное свойство: рано или поздно она выходит наружу.
Только уже не из наших, а чаще всего из чужих, уст. И от того звучит еще более жестоко, еще более раняще…
Разорвав объятия, которыми меня укрывал старший сын, я шагнула к двери, открыла ее шире и присела на колени перед двумя младшими детьми.
Взяв каждого из них за руку, размеренно и спокойно, не позволяя заметить, как мне самой тяжело, сказала:"
"– Я не знаю, куда ушел папа. Но вы должны знать другое – больше он с нами жить не будет. Потому что у него появилась другая женщина.
Глаза дочери широко распахнулись от удивления, а вот взгляд Артура внезапно стал пустым, отстраненным, словно его здесь больше не было – осталась лишь физическая оболочка…
Я с ободряющей улыбкой коснулась его плеча.
– Сынок, ты ведь у меня боец. А значит, мы все переживем, правда?
Он кивнул, но как-то механически. Отстранившись, побрел, потерянный, куда-то в сторону спален…
Я хотела уже было броситься за ним вслед, но рука Кирилла, удерживая, легла на мое плечо.
– Не надо, мам. Ты ведь знаешь Арта – пусть сначала переварит все сам с собой.
