В этот раз я уходил не в человеческом обличье, а в обличье пумы… Но моя семья знала, что за ближайшим поворотом я превращусь в человека, чтобы снова жить в том чужом мире, который они с трудом могли себе представить. Когда я оглянулся, отец, мать и Мия уже скрылись в кустах, хотя их родной запах всё ещё витал в воздухе. Я прикрыл глаза и глубоко вдохнул, а потом отправился к месту встречи с Джеймсом Бриджером.
Сев в машину, я всё никак не мог наглядеться на свои человеческие руки и всю дорогу что-то теребил – монету, молнию куртки, забавную пластмассовую фигурку койота, которую Бриджер повесил на зеркало заднего вида.
Я вернулся, но чувствовал себя… «неправильно» – неподходящее слово, скорее странно.
Джеймс Бриджер вздохнул, когда я рассказал ему, как отреагировал мой отец.
– Повзрослев, люди практически перестают меняться, и оборотни тоже, – задумчиво изрёк он.
– Значит, вы полагаете, что мой отец так и останется при своём мнении? – подавленно спросил я. Но потом вспомнил, в каком восторге он был от обезболивающего.
И тут мне пришла в голову гениальная идея. – Эта рана на его ноге… Наверняка в настоящей больнице её удалось бы вылечить. Если отец превратится в человека и во что-нибудь оденется, я мог бы просто отвезти его в больницу Джексон-Хоул, ведь так? Люди бы его исцелили, помогли ему обрести прежнюю силу – и тогда он наверняка стал бы относиться к ним совсем по-другому!
Мистер Бриджер уставился на меня:
– Э-э-э… боюсь, не всё так просто, Караг.
Готов поспорить, что у твоего отца при одной мысли об этом вылезла бы шерсть.
– Ну, с выпадением волос они в клинике тоже справятся! – отмахнулся я, и на душе у меня вдруг полегчало. Наконец-то у меня появился план, который мог сработать.
Когда мы припарковали машину у школы, я был в приподнятом настроении. Но моя радость быстро улетучилась: я сразу заметил, что в школе царит необычное для спокойного воскресного вечера волнение. Мистер Элвуд бегал по коридорам, а откуда-то издалека доносился голос Сары Кэллоуэй, возбуждённо говорящей по телефону.
Несколько моих одноклассников и учеников постарше с любопытством толпились вокруг, среди них Джефри со своей стаей – здесь был и Миро – и Фрэнки. Проигнорировав всех присутствующих волков, я обратился к Фрэнки:
– Что случилось?
Он помахал согнутыми руками как крыльями:
– Наш захваченный в плен бывший учитель упорхнул.
– Как?! – ошарашенно воскликнул я.
