Я уже давно радуюсь твоей беременности.
Я с сомнением покосилась на него.
— Я этого не заметила.
— Я хорошо умею скрывать свои мысли и эмоции, — с сожалением в голосе сказал Данте. — Но в данном случае мне не надо было этого делать. Ты права, я испортил тебе первую беременность. А все потому, что был слишком горд, отрицая признавать, что ошибся.
Я терпеливо ждала, чтобы он сказал больше. Я еще не была готова принять его невысказанные извинения.
Данте нежно положил ладонь мне на живот.
— Ты была права во время нашей ссоры после того, как рассказала мне о своей беременности.
Я не хотел, чтобы Карла обращалась к врачу по поводу ее неспособности зачать, потому что боялся узнать, что это я бесплоден. Я гордый человек, Вэл. Слишком гордый, и почему-то убедил себя, что не смогу стать Капо, если узнаю, что не могу заделать своей жене ребенка. Я стал бы неполноценным мужчиной.
— Нет, не стал бы. Но я понимаю, почему ты так думаешь. Но если это так, почему ты не обрадовался, когда я сообщила тебе, что беременна твоим ребенком? В конце концов, это доказывало, что ты не был бесплоден.
Разве ты не должен был испытать гордость?
Данте торжествующе улыбнулся.
— Да, наверное, должен был, — он сделал паузу, и я дала ему время, которое необходимо было для обдумывания следующих слов. Я чувствовала, что он поделится чем-то очень личным со мной. — Но когда ты сказала мне о своей беременности, показалось, что это чуть ли не покушение на память о Карле. Как будто забеременев так скоро, ты обвинила Карлу в ее неспособности подарить мне детей.
— Я никогда не хотела покушаться на твою жену, — сказала я шокировано. — Я знаю, что ты любил ее больше всего на свете. Знала это, прежде чем мы поженились, и ты никогда не позволял мне забыть об этом на протяжении всего того времени, что мы были вместе, — последняя часть вышла более обвинительной, чем мне бы хотелось.
— Я знаю, — ответил Данте, взгляд его холодных голубых глаз скользнул по моему лицу. — Я плохо обращался с тобой.
Ты не сделала ничего, чтобы заслужить это. Когда ты впервые мне отдалась, после я должен был держать тебя в объятиях. Это было бы достойно и благородно. Вместо этого я ушел. Я не хотел позволять себе сближаться с тобой. Однажды я позволил себе полюбить, а когда мне пришлось наблюдать, как Карла умирает медленной ужасной смертью, я поклялся себе, что больше не впущу женщину в свою жизнь.
Я медленно кивнула.
— Я сожалею о том, что случилось с Карлой.
