"
"Я не помог ей справиться, лежал и ждал, радуясь подвернувшейся заминке. Одежда больше не причиняла дискомфорт. А я, задержав дыхание, смотрел на смущенное личико Тони.
– Можно? – хрипло спросила она, несмело протянув руку. Кивнул. – Не подглядывай!
Я послушно прикрыл глаза. И мое послушание воздалось мне по заслугам. Бедра сами дернулись вверх, когда покрывало из длинных волос окутало все мое тело, а влажные губы коснулись моего каменного «стояка».
Прошипел сквозь зубы трехэтажный мат. А Тоня словно поставила перед собой цель – добить меня своей страстью.
Скользнула влажным языком по головке, а потом обхватила ладошкой ствол.
Я реально умер. Разве в жизни так бывает?
– Я…. Я не знаю как… – потерянно прошептала Тоня, а я не сразу понял, о чем она говорит.
Пришлось открыть глаза. Она смотрела на меня, чуть не плача. Действительно, не знала.
– Делай, как тебе этого хочется, – выдохнул я, понимая, что еще пять секунд – и моя выдержка улетит к чертям.
Тоня тихонько кивнула. Выразительно взглянула в мои глаза.
Послушно их закрыл.
Фраза «Как хочется» была сказана мною исключительно, чтобы малышка не смущалась. Но я даже и подумать не мог, что все будет … так охренительно прекрасно.
Влажные губы скользнули по всей длине члена, а потом обхватила головку. А язык выводил известные лишь одной Тоне узоры на моем теле, я же цедил маты сквозь зубы, уже не заботясь, что слух девчонки совсем не предназначен для таких слов.
Я уже на огромной скорости мчался к гребаной радуге со вкусом клубники, с трудом сумел притормозить и рванул девчонку к себе.
Впился в ее рот жадно и неистово. Она дышала рвано и часто, а бедрами скользила по моему телу, неосознанно стремясь к тому, что мог ей дать только я.
Пока целовал, умудрился раздеть ее до тонких трусиков. Завтра, в свете утреннего солнца я обязательно рассмотрю ее белье и запомню, занесу инфу на подкорку. Но все это завтра, а пока я сдернул с девчонки трусики, оставив ее в одном лифчике, окутанную длинными прядями волос.
Она дрожала, но не от холода. А я, крепко обняв ее, перекатился, подмяв ее тело под себя. Длинные ноги, по которым я ежесекундно сходил с ума, обвили мою талию. А руки погладили затылок.
Я хотел проглотить ее всю, целиком. Каждое прикосновение казалось мне ничтожным. Хотелось больше, глубже, сильнее. Хотелось оказаться в ее теле и остаться там навечно.
Я не мог больше терпеть. Руки скользнули под упругие ягодицы, приподнимая податливое тело и фиксируя.
