Даже в тусклом свете, который лился через не зашторенное окно, прекрасно видел небольшую грудь.
Я не мог больше терпеть. Чуть отодвинул девчонку, заставляя откинуться на мои руки и, крепко удерживая ее тело, прижался к ее груди.
– Шторм! – простонала она, а я улыбнулся, прикусывая твердый сосок.
Если Тоня и не любит меня, не сходит по мне с ума так, как я по ней, то ее тело уже полностью принадлежит мне. А над чувствами я буду работать. Такой был план.
И я медленно, но необратимо шел к его исполнению.
Юркие ладошки не остались без дела.
И ловкие пальцы пробежались по моей шее, груди, потянули за край футболки.
– Снимай, Дэн! Так нечестно! – выдохнула она, а я выпрямился. И пока малышка гладила мою грудь ладонями, сдернул футболку через голову.
Тоня откинула волосы на спину. Я дурел от водопада ее длинных волос. И помню, как скандалил с ней в тот день, когда она решила их остричь. Не остригла.
Хотел вновь обхватить ее руками, но Тоня поступила так, как хотела.
Надавила на мои плечи, заставила лечь на спину.
А потом вдруг потерлась своими бедрами о мой член. И склонилась к моему лицу.
Мое тело стремилось вырваться из-под контроля. Руки крепко сжали округлые ягодицы. И я сцепил зубы, чтобы хоть как-то справиться с возбуждением. «Стояк» был просто каменным.
– Штормов, ты просто…. – хрипло выдохнула Тоня, скользя приоткрытым ртом по моему подбородку и спускаясь ниже. Нежные губы прихватывали кожу на шее, а я понял, что дышать уже сложно. Острые зубки вонзились в мое плечо, а я зашипел.
– Ты обещал, что мне все можно!
– Млять! – пробормотал я, боясь оставить на ее бедрах и спине отпечатки собственных рук. Я ненавидел плотную ткань ее джинсов, и своих тоже.
Тоня скользнула дрожащими пальцами к пряжке ремня. И я понял, что малышка жутко волнуется.
– Не нужно, – остановил я ее, накрывая рукой ее пальцы.
Тоня взглянула на меня, кусая губы. Я видел интерес в ее глазах. Но и страх, и растерянность, и смущение.
– Я хочу… – прошептала Тоня. – Хочу потрогать… Можно?
Я сдох? Да, очевидно, что так и есть.
Хватило сил, чтобы кивнуть. Нет, я ведь не идиот! Хочет прикасаться ко мне, пусть прикасается!
Пряжка негромко звякнула. А я лежал на спине и смотрел, как моя девочка сидит верхом на мне и не сводит любопытных глаз с моего тела.
Мысленно я сделал пометку в ежедневнике: Найти всех, кто не только касался ее, а просто думал о ней. Представлял ее в такой ситуации. Найти и сломать пару ребер и все пальцы на руках. Да, так и сделаю.
