Хорошо, если, например, Хват упрётся в труднопроходимые пороги. А если река вообще не впадает в Волгу? А если парень сцепился с каким-нибудь серьёзным хищником и… даже думать о таком было страшно.
Крук, Яр и Соле всё чаще взбирались на утёс и подолгу смотрели на простор Волги, не показалась ли на блестящей глади реки маленькая чёрточка берестяного челна.
И вот однажды, в первых числах декабря, в лагерь ворвался Ярик, вопя во всё горло:
– Хват плывёт, Хват плывёт!!!
– Точно? Ты не ошибся? Это он? – посыпались вопросы со всех сторон.
– Может, тебе показалось? – предположил Крук. – Может, это большое бревно? Мы уже пару раз ошибались так.
– Сам ты бревно, я что, дурак, по-твоему?! – возмущённо вскинулся Яр. – До последнего смотрел, пока не разглядел, как то слева, то справа блики вспыхивают. Это солнце на лопасти весла играет! Точно говорю: он это!
Ну, естественно, мы всё бросили и побежали к пристани."
"Всё ближе, ближе… Вот уже можно рассмотреть не только крупные детали, вот уже видна улыбка до ушей.
Уже совершенно ясно: Хват бодр и жизнерадостен, а значит, руки-ноги на месте и нормально функционируют.
– Слава всем стихиям, сынок вернулся целым, – прошептала видящая. – Спасибо тебе, Великая Мать.
«Слава богу, – мысленно выдохнул и я, – кажется, авантюра прошла успешно… Так или иначе». Вдруг, когда до пристани оставалось ещё приличное расстояние, в районе груди Хвата показался какой-то лохматый шарик… и тут же исчез.
– Кто-нибудь это тоже видел? – поинтересовался я. – Или мне показалось?
– Я видела! – воскликнула Соле.
– И я, и я, я тоже… – посыпалось со всех сторон. – Да, что-то мелькнуло, – покивала видящая.
– Что? Что видели?! – всполошился Хатак.
На дальнем расстоянии, как я говорил, многое ускользало от его ослабшего зрения.
Меховой комок опять выглянул и спрятался. Да какой там комок! Это…
– Это ребёнок! – выкрикнула остроглазая Соле.
– Да, точно, – подтвердила або.
– Какой ребёнок? Почему? – продолжал суетиться старый охотник.
– Угомонись, мой друг, Хват везёт с собой какого-то ребёнка.
– Э?
– Сейчас всё и узнаем… И почему я совсем не удивлён? – задал я риторический вопрос.
И вот мы сидим вокруг потрескивающего костра. Уже улеглись первые страсти от радостной встречи. Уже утолён и осмыслен первый «информационный голод» о проделанном путешествии. Спит на руках Хвата маленькая девочка из неизвестного племени. Совсем худенькая, лет пяти, но очень храбрая и стойкая. Чудный ребёнок, с яркими зелёными глазами.
