Делали специальные прилады, необходимые для постройки корабля и сильно облегчающие это дело. На листах бересты расчертили приблизительно то, что хотелось бы получить, с указанием размеров и количества деталей – в общем, подготовились…
Первый «поплавок» сделали к середине сентября. И был он, как нам казалось, неплох. Почти два месяца потратили на сборку одного корпуса, и это без учёта перекрытий и остального. Когда через полтора месяца – руки-то, о-го-го, помнят! – сделали второй, стало ясно: первый совсем чего-то… как-то… не совсем…
Долго и дружно чесали затылок, пытаясь понять, как же мы умудрились по одним и тем же лекалам и размерам собрать два таких, скажем так, не похожих корпуса.
И второй точно был то, что надо, это даже на глаз было видно.
Постановив, что «первый блин комом», а опыт, сын ошибок трудных, рождает мастерство и совершенство, решили: первый корпус довести до ума и использовать как самостоятельное плавсредство, тем более всё-таки лодочка вышла далеко не «комом». Используя приобретённый опыт, решили сделать третий корпус, максимально похожий на второй, а если не получится, то всю бригаду Самоделкиных не кормить три дня и расстрелять солёными огурцами при большом скоплении народа.
В назидание… Но если после расстрела бригада будет ещё жива, то делать четвёртый, пятый и т. д., пока не получим нужный результат.
Этим мы, собственно, и занимались, дорабатывали до ума первый корпус с испытанием на водах и при разных нагрузках. И правильно поступили. Вылезла масса недочётов, начиная от мелких и кончая парочкой весьма неприятных.
Ну ничего, время-то не поджимает, даже хорошо вышло, что сразу не получилось. Как говорится, «что Бог ни делает, всё к лучшему».
А потом вернулся Хват.
Глава 12
Покой лишь снится
Мы уже начали всерьёз волноваться. Дело-то уже к зиме идёт. Здесь хотя и теплее, но всё-таки не тропики. Несмотря на то что солнце светит так же ярко, всё меньше оно дарит благодатное тепло. То и дело погода срывалась на пасмурную и ветреную.
Ещё повезло, дожди были редкие и непродолжительные. Ночи стали откровенно холодные. Но это у нас, а как там… Неизвестно.
Хатак, сидя у костра, снова и снова прикидывал сроки возвращения и успокаивающе повторял: «Ещё есть время, время ещё есть», но всем было заметно, что в его глазах тоже поселилась тревога. Мы взрослые люди и прекрасно понимали, все наши расчёты – суть упражнения голого ума. Случиться может всё, что угодно. Даже то, о чём и думать не хочется.
