– Сморкач ты ещё, – поглаживая плащ рукой, сурово обломал парня Хатак, – рано тебе такое носить.
Хват тут и увял. Кстати, сморкач – это типа что-то сопатый или сопливый. Так что налицо чистая дедовщина.
Пояс Хатаку, как и обещал, сам сделал. Широкий, с кожаной аппликацией. Хотел сначала поставить пряжку от рюкзака, но потом передумал. Нужно нарабатывать умения и практику использовать подручные материалы. Тем более имеется такая чудесная вещь, как бивень мамонта. Замечательный материал, прочный, хорошо обрабатывающийся моими инструментами – делай, что хочешь.
Мы и делали.
Вот на пояс Хатаку я из бивня и вырезал вычурную пряжку. И Соле фибулу на плащ. В целом, все освоили принципы изготовления пряжек, пуговиц и фибул, а также, как шить ковырком и ременным швом. Дальше – только практика. Очень плодотворно провели время. Я доволен.
Пока суд да дело, Волга, похоже, окончательно вошла в свои берега, явив взору длинные каменно-песчаные отмели. Подход к берегу преграждали густые заросли лозинника. И было его много, очень много.
Я, когда это увидел, аж непроизвольно вскрикнул от полноты чувств:
– Вот же где вы, мои корзины, верши и плетни!
Надо сказать, здесь я ещё не видел ни одной плетёной вещи. Похоже, и эта технология тут неизвестна. Никак что-то определиться не могу, но мне кажется, я совсем в очень раннее время попал. Средний палеолит, э? Или нижний? У кого бы спросить?
Короче, опять потратил пару дней, показывая, как плести простейший плетень, а потом перенацелил на это дело Хвата и ребят, и они потихоньку, но качественно начали отгораживать нашу жилую зону от открытого пространства.
Но прошло не так много времени, и пришлось разбираться ещё с одной проблемой. Когда с утра в очередной раз я «подорвался» на биологической «мине», то понял, что этот вопрос нужно срочно решать, раз и навсегда. Уж извините за прозу жизни, этот важный процесс у здешних людей отнюдь не интимный. Отошёл чуть подальше – и всё. Да и что говорить о сейчас, когда в «просвещённой» Франции восемнадцатого века во дворцах за шторками справляли естественные надобности!"
"Собрал я своё племя, долго объяснял, что так мы делать больше не будем, а будем ходить в специальное место, которое построим для этого.
Племя кивало, соглашалось, но, честно говоря, по их глазам я понял: они так и не уяснили, для чего такие сложности в таком простом деле. Придётся более тщательно проработать мистическую составляющую этого вопроса. Здесь, в этом времени, такой подход очень хорошие результаты даёт.
