А те, кто хотел меня убить и похитить, или все сразу. Что стало с ними? Приблизился ли Беркли к их поимке?..
Сегодня было уже не самое подходящее время, но завтра я собиралась непременно поймать его где-нибудь в особняке и заставить с собой поговорить. То, как он всячески уклонялся от встреч, выглядело смешно и нелепо.
И очень, очень обидно.
Но вот на этом я старалась не зацикливаться. Потому что не имела права испытывать ни обиду, ни что-либо другое. И лучше было держать это в голове каждую секунду...
— Хм, — я как раз скользила взглядом по очередному описанию пропавшей женщины, в котором, со слов родственников, перечислялось, как она выглядела, что было на ней из одежды, когда мое внимание привлекла мелочь.
Казалось бы.
Я перечитала строчки и потянулась за пером, чтобы выписать фрагмент, за который зацепился взгляд. Руки дрожали, когда я отложила в сторону первый лист и второй другой — в нем речь шла уже одругойженщине. Чувствуя необъяснимый трепет, добралась до момента, который меня заинтересовал, и застыла на несколько мгновений.
Потом вновь переписала кое-что на лист, в котором вела свои заметки.
Так повторилось восемь раз. В трех делах не нашлось ничего подобного. Но в восьми...
Я перепроверила свои записи два раза, чтобы убедиться, что я ничего не упустила и не перепутала. А затем уставилась на них, чувствуя, как сердце лихорадочно бьется прямо в горле. Теперь-то я понимала, почему мужчины, изучавшие ровно те же самые документы, ни о чем не догадались и ничего не заметили.
Наверное, если бы я прочитала о нагрудном платке, который являлся неотъемлемой частью костюма каждого джентльмена, то тоже не обратила бы внимание.
От находки закружилась голова, и я помахала ладонью возле лица, чтобы немного прийти в себя. Неужели... неужели Джеральдин была не единственной? Не случайной девушкой, попавшейся под руку?.. Неужели и в самом деле существовал какой-то заговор, какое-то тайное сборище людей, которые стояли за исчезновением девушек?
Мне вдруг сделалось зябко.
И страшно. Я обхватила себя руками за плечи и прикусила губу, прикипев взглядом к неяркому огню свечей. В животе зародилось давящее ощущение тревоги. Казалось, я по своей неловкости заглянула в логово дикого зверя.
И вот-вот выпущу его на волю.
***
— Ваша светлость, нам нужно поговорить.
Я поймала графа Беркли ранним утром. Некрасиво говорить «подкараулила», ведь юные благовоспитанные девицы не должны этим заниматься, но именно это я и сделала.
