— Лорд Беркли, — дедушка шагнул вперед и мягко, но непреклонно отодвинул меня плечом за спину. — Мы благодарны вам за участие и желание помочь. Но я не позволю вам в таком тоне говорить с моей внучкой.
Взгляд графа ожесточился. Он резко тряхнул головой и отбросил с лица несколько упавших на лоб прядей.
— Я прошу прощения, — сказал он очень спокойно, мгновенно смирив все, что клокотало внутри него. — Мои слова были сказаны не для того, чтобы уязвить.
Дедушка что-то пробормотал в ответ, а я небрежно повела плечами.
Извинениями он уже ничего не мог исправить.
Я бросила быстрый взгляд на темнеющее небо.
— Нам нужно торопиться. Пока совсем не стемнело.
— Куда вы отправитесь? — спросил Беркли.
— В гостиницу за чертой города, — ответил дедушка.
— Вы могли бы остаться на ночь у меня. Я был бы рад.
Я сильно сомневалась в искренности его последнего предложения. Как и его приглашения. Оно было сделано лишь из вежливости, и меня вновь накрыла волна глухого раздражения.
— Благодарю вас, лорд Беркли, это очень щедро.
Но мы не хотели бы вас стеснять, — сказал дедушка, и в его голосе прозвучало сомнение, за которой тотчас ухватился граф."
"— Вы меня ничуть не стесните. В особняке свободна пристройка. Можно сказать, отдельный дом в вашем распоряжении. Прошу вас, сэр Эдмунд, не упорствуйте. Я был груб и теперь хочу загладить свою вину.
И, помедлив, дедушка кивнул. Борясь со злостью, я прикусила губу. Не могла же я с ним спорить в присутствии постороннего!
Беркли бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал.
Он взмахнул рукой, и через несколько секунд напротив нас остановился роскошный экипаж с графским вензелем. И мы отправились в его городской особняк.
***
Утром, когда я проснулась, то не сразу вспомнила, где нахожусь и что произошло накануне. А, вспомнив, сразу же захотела забыть и вновь погрузиться в сон.
Но в дверь уже стучали.
— Мисс Эвелин, — прозвучал голос из коридора. — Это миссис Уилсон, экономка лорда Беркли. Я принесла для вас одежду.
Закутавшись в покрывало, потому что у меня не было даже шали, я встала и открыла дверь. На пороге стояла женщина средних лет, чьи слегка побитые сединой волосы были собраны в аккуратный пучок на затылке. Она строго оглядела меня своими светло-зелеными глазами и поджала губы.
— Позвольте, — скорее приказав, чем спросив разрешения, произнесла она и решительно прошла в комнату, держа в руках кофр для одежды, который повесила на спинку шкафа у стены.
